Глава 11. Приключение Слитка
Часть 1
17 апреля. Ночь сгущалась.
Большинство игроков знало, что в игорном доме «Всё по желанию» главный стол назывался «Первое небо». Размерами он не превосходил остальные, но всё равно считался главным.
Играть за ним могли лишь люди с самой громкой славой и обширными связями.
Хотя он был меньше стола для игры в кости, в глазах большинства это был самый большой стол в зале.
Так бывает со многими вещами в мире.
Обычно на этот стол ставили золото, серебро, жемчуг, драгоценности и банковские билеты. Но Лягушонок внезапно положил на него свой пояс и старую кожаную сумку.
— В поясе спрятан бирманский меч, а в сумке лежат тринадцать метательных флажков. Кому нужны — забирайте.
Казалось, никто не понял, что он имел в виду.
— Это смертоносное оружие, — сказал Лягушонок. — Однако за всю свою жизнь я никого им не убил. Не хочу больше обременять себя подобными вещами.
— Некоторым оружие для убийства не требуется, — холодно заметил У Тао. — Куда проще поручить другим грязную работу, разве нет?
Лягушонок рассмеялся и сказал: — Я очень надеюсь, что ты успеешь понять одну вещь, желательно до своей смерти.
— Какую же?
— Здесь определённо есть люди, которые пришли за твоей жизнью. И по меньшей мере семеро или восьмеро способны её отнять.
— А ты?
— Я единственный, кто этого не хочет. Если здесь и есть человек, которому не нужна твоя жизнь, то это определённо я. — Он внезапно крикнул: — Председатель Цзинь, я прав или нет?
Человек, всё это время сидевший в дальнем углу, неожиданно вздохнул и медленно обернулся. Горько усмехнувшись, он сказал: — Молодой господин Тянь, я знал, что рано или поздно вы меня назовёте.
Этот низкорослый, исхудавший человек носил простую сероватую одежду. Такого было нелегко заметить.
— Кто-нибудь здесь знает, кто это?
Задав вопрос, Лягушонок сам на него ответил: — По виду, скорее всего, никто его не узнает, но все вы наверняка о нём слышали. В Северном Китае есть Божественный сыщик, который за десять лет раскрыл восемьсот пятьдесят дел — подобного не случалось со дня основания Управления шести врат. Его имя потрясло и праведный, и преступный мир.
Он посмотрел на человека с козлиной бородкой и рассмеялся.
— Так вот, это он. — На лице Лягушонка появилась улыбка. — Не кто иной, как главный сыщик восьми округов, пяти областей и девяти управ Шаньдуна, председатель Цзинь по прозвищу «Комар носа не подточит».
Он продолжил: — При положении председателя Цзиня разве трудно было бы погасить все фонари в игорном доме, пожелай он этого?
Никто, казалось, не хотел отвечать, но председатель Цзинь улыбнулся и сказал: — Нет. Это было бы совсем нетрудно.
Лягушонок громко позвал: — Великий герой Ту, не пора ли и вам показаться?
Хотя тот ещё не показался, все уже знали, о ком говорит Лягушонок.
Словами «великий герой» не бросались попусту. В Цзянху было мало великих героев, а «Великий герой Ту» среди них был лишь один.
«Беспощадный к злу» Ту Цюйэ.
Когда свет снова зажёгся, люди вернулись к игре. Однако в действительности за происходящим наблюдало больше людей, чем играло. Лишь один стол сейчас был окружён игроками.
Внезапно все стоявшие у стола расступились. На почётном месте сидел высокий мужчина с бледно-золотистым лицом. Ту Цюйэ.
Лягушонок посмотрел на него и рассмеялся. Улыбаясь, он спросил: — Когда прибыл Великий герой Ту?
— Когда погас свет.
Великие герои не лгут. Он не стал ждать вопроса, который, как ему было известно, задаст Лягушонок. — Да, я мог велеть погасить фонари. И могу отнимать человеческие жизни. — Суровым голосом он произнёс: — Я желаю оборвать жизни всех разбойников и злодеев Поднебесной, истребив их до последнего.
— Прекрасно! — Лягушонок захлопал в ладоши. — Великий герой Ту поистине достоин зваться великим героем. Я искренне вами восхищаюсь.
Едва он договорил, из-за ширмы вышел «квадратный» мужчина. Низкорослым он не был.
Но плечи его были слишком широки, а телосложение слишком массивно, отчего он казался квадратным. Пусть до идеального квадрата он немного не дотягивал, сходство было достаточным.
Почти каждый в Цзянху знал начальника охраны Дай Тяньчоу из охранного бюро «Небесная вражда». Его кунг-фу девственника «Золотой колокол, Железная рубаха и Тринадцать суровых чиновников» было доведено упорными тренировками до такой степени, что тело его не брали ни клинки, ни копья.
Лишь мастера подобного кунг-фу могли по-настоящему понять, какие жертвы он принёс ради него и сколь мучительными были его тренировки.
— Мне не сравниться с Великим героем Ту, — сказал Дай Тяньчоу. — И у меня нет сил перебить всех разбойников и воров Поднебесной. Мне нужна жизнь лишь одного человека.
Хриплым голосом он продолжил: — Из-за вражды между мной и этим человеком нам нет места под одним небом. Я живу лишь ради того, чтобы увидеть его мёртвым.
Все многоопытные люди понимали, о чём он говорил.
Двенадцать лет назад недавно основанное охранное бюро «Вечный покой» под осмотрительным, отважным и искусным руководством Дай Юнъаня за три года обрело больше славы, чем большинство бюро за тридцать лет. Никто не смел тронуть тех, кто ехал под знаменем с иероглифом «Покой».
Но однажды кто-то всё же посягнул на вверенный им груз, прежде чем тот успел покинуть главные ворота.
Груз представлял собой огромную партию необычайно ценных искр и перламутра. На жаргоне охранных бюро искрами и перламутром называли драгоценности и жемчуг. Их владелец был крайне осторожен и никогда не выставлял богатство напоказ. Однажды ночью он доставил в охранное бюро два огромных металлических сундука.
Начальник охраны Дай лично проследил, как его подчинённые приняли у владельца два сундука. Их поставили в маленькую комнату на заднем дворе и крепко заперли, а затем назначили несколько отрядов охранников, которые посменно их стерегли. Обеспечив сохранность сундуков, он устроил приём для владельца и, ударив себя в грудь, заверил: — Этому грузу решительно ничто не угрожает.
Едва слова слетели с его губ, как с заднего двора донеслись три жутких раската смеха.
Когда Дай Юнъань примчался туда, запертая комната уже была взломана, два десятника охраны и шестеро их людей — обездвижены, а оба металлических сундука исчезли.
В итоге:
Охранное бюро разорилось. Дай Юнъань угас и умер, а его жена повесилась. Перед смертью она дала единственному сыну новое имя — Тяньчоу — и велела ему никогда, ни за что не отказываться от мести.
И Дай Тяньчоу не забыл.
Председатель Цзинь, Ту Цюйэ, Дай Тяньчоу. Эти трое занимали совершенно разное положение, но никто не смел пренебречь ни одним из них.
Каждый пришёл по своей причине, однако пришли они за одним и тем же человеком.
Лягушонок посмотрел на У Тао и вздохнул. — Видишь, я ведь тебе не солгал? Здесь собралось немало твоих врагов.
— Разве ты только что не говорил, что их по меньшей мере семеро или восьмеро? Где остальные?
— Я не могу назвать имена остальных.
— Почему?
— Потому что положение остальных отличается от положения этих троих, — ответил он. — Один из них — великий герой, другой — начальник охраны, третий — главный сыщик. Все они люди честные и благородные. Хотя я назвал их и раскрыл, где они находятся, в душе они могут обругать меня негодяем и ублюдком, но ничего мне не сделают. — Он вздохнул. — А вот остальные — другое дело. Если я разоблачу их, когда они хотят оставаться в тени, кто поручится, что они не отнимут мою жизнь? Голова у меня всего одна, и я не хочу, чтобы посреди ночи её отрубили и превратили в ночной горшок.
Слиток широко раскрыл глаза и завертел головой, оглядывая зал. — За кем они все пришли?
— За генералом, — ответил Лягушонок. — Генералом Трёх Жутких Смешков Ли.
— Зачем им понадобился генерал? — спросил Слиток, моргая. Он нарочно понизил голос: — Хотят пойти в солдаты?
— Не совсем, — рассмеялся Лягушонок. Он тоже понизил голос: — Этот генерал на самом деле вовсе не настоящий генерал.
— Если он не генерал, тогда кто?
— Великий разбойник, который десять лет скрывался.
— И за все десять лет его никто не нашёл?
— Никто.
— Десять лет его никто не мог найти, а тут внезапно все явились разом. Что происходит? Может, ты ошибся...
— Он не ошибся, — внезапно сказал Слитку Ту Цюйэ. — Мальчик, подойди сюда. Я хочу кое-что тебе показать.
Что могло понадобиться столь знаменитому человеку, как Ту Цюйэ, от юного нищего? Неужели дело было в его звезде?
Слиток подошёл и спросил: — Вы покажете мне что-то красивое или страшное?
Ту Цюйэ держался очень приветливо. Он рассмеялся и сказал: — Откуда у такого старика, как я, что-нибудь красивое? Это всего лишь письмо.
И он действительно достал запечатанное воском письмо. На нём было написано: «Только для глаз Великого героя Ту Цюйэ».
Содержание письма явно было чрезвычайно важным и совершенно секретным, не предназначенным для чужих глаз.
Ту Цюйэ не принадлежал к числу болтливых людей.
И всё же он передал письмо Слитку и сказал: — Когда посмотришь, можешь без опаски прочитать его вслух для всех.
Слиток нахмурился. — Не стоит просить меня читать. Там могут встретиться незнакомые мне иероглифы.
К счастью, в письме было всего четырнадцать иероглифов, знакомых даже маленьким детям.
Слиток рассмеялся и прочитал вслух: — «Если хотите найти Генерала Трёх Жутких Смешков Ли, приезжайте пятнадцатого апреля в Цзинань».
Закончив читать, он нахмурился.
— Иероглифы выглядят ужасно, — сказал он. — Даже я пишу лучше.
— Так написано нарочно, — пояснил Ту Цюйэ. — Автор не хотел, чтобы его узнали по почерку.
— Вы знаете, кто это?
— Нет.
— А кто-нибудь знает?
— Скорее всего, нет, — ответил Ту Цюйэ. — Но я подозреваю, что подобное письмо получил не только я.
Слиток покачал головой. — Вы даже не знаете, кто написал письмо. Почему же вы ему верите?
Дай Тяньчоу внезапно рассмеялся. — Я ищу этого Ли уже двенадцать лет. Я не упустил бы возможности проверить даже ничтожную зацепку.
Этими словами он выдал, что тоже получил письмо.
Он с ненавистью уставился на У Тао: — Я даже не хочу знать, кто написал письмо, — произнёс он. — Потому что я нашёл тебя. Будем сражаться здесь или снаружи?
У Тао рассмеялся. — В наши дни мало кто практикует кунг-фу девственника Тринадцати суровых чиновников. Людям попросту не следует ему обучаться.
— А я обучился, — сурово сказал Дай Тяньчоу. — Возможно, мне тебя не победить, но я по меньшей мере сумею тебе противостоять. Я без труда выдержу не меньше десяти ударов ладонью. А ты? Сумеешь выдержать хотя бы один мой удар?
— Зачем мне выдерживать удар твоей ладони? — со вздохом спросил У Тао. — Впрочем, человек, доведший своё кунг-фу до твоего уровня, и вправду внушает страх. Пожалуй, позволю тебе его испытать.
Дай Тяньчоу ничего не ответил. Яростно вскрикнув, он взмыл в воздух.
Но вперёд не полетел.
Едва он поднялся, как в него полетели две костяшки домино. Его ладони метнулись навстречу, раздробив костяшки и рассеяв осколки во все стороны.
Но сам он перестал двигаться вперёд.
Костяшки вылетели с места крупье за столом «Первое небо». Сяо Цзюнь с бесстрастным лицом холодно сказал Дай Тяньчоу: — На вашем месте я бы не нападал.
— Почему?
— Потому что я не хочу рисковать.
— Не хочешь рисковать? — взревел Дай Тяньчоу. — На кону моя жизнь, а не твоя! Чем ты рискуешь?
«Я и иду на риск именно потому, что на кону стоит твоя жизнь».
Дай Тяньчоу не понимал. Никто не понимал.
«Я не могу допустить, чтобы ты рискнул убить его, — холодно произнёс Сяо Цзюнь. — Ясно же, что тебе с ним не совладать. Но что, если по счастливой случайности ты всё-таки одолеешь его? Что тогда?»
«Глава Палаты Сяо, — произнёс Дай Тяньчоу, багровея лицом. — О чём вы говорите? Я не понимаю».
«Я хочу сказать, что тебе нельзя его трогать. Ты сможешь тронуть его лишь после моей смерти».
Скажи такое кто-нибудь другой, Дай Тяньчоу немедленно бросился бы на него. Но эти слова прозвучали из уст главы Палаты пыток первой секты Поднебесной. Даже Дай Тяньчоу не осмеливался действовать опрометчиво в подобной ситуации. Ему оставалось лишь спросить: «Почему?»
«Потому что он мой, — ответил Сяо Цзюнь. — Если я не убью его собственными руками, то не смогу умереть спокойно».
Дай Тяньчоу хрипло произнёс: «Глава Палаты Сяо, прошу вас, дайте мне шанс».
Тут вмешался Слиток: «По-моему, вам стоит тянуть жребий». Он усмехнулся. «Председатель Цзинь, великий герой Ту, начальник охраны Дай, глава Палаты Сяо. Тяните жребий вчетвером. Остальные тоже могут участвовать. Кто победит, тот и нападёт первым. В конце концов, вы все его враги, так что не всё ли равно, кому достанется первый ход?»
Лягушонок тут же одобрительно захлопал в ладоши. «Отличная мысль».
«Вообще-то у меня есть идея получше».
«Вот как?»
«Почему бы вам снова не позвать этого скрягу, Большого босса Тана, чтобы он погасил свет? Пусть они сражаются в темноте. Тогда никто ничего не увидит и никому не придётся краснеть».
Лягушонок снова захлопал в ладоши и громко рассмеялся. «Вот это и правда отличная мысль».
Внезапно свет погас.
Как и в прошлый раз, все сто девяносто шесть фонарей погасли одновременно. [5]
Во тьме со всех сторон послышались порывы ветра — шелест рукавов, свист летящего скрытого оружия и рассекающих воздух клинков.
И Слиток услышал, как У Тао сказал ему: «Убирайся отсюда».
***
Слиток не послушался, потому что его там уже не было.
В тот самый миг, когда погасли фонари, он почувствовал, что на него бросились по меньшей мере трое.
Он не видел, кто они, но понимал, что все трое — первоклассные мастера.
Он уклонился от атак двоих и даже контратаковал одного из них. Но третий успел схватить его за запястье.
Рука этого человека была холодна как лёд.
И сила у него была невероятная.
Слиток почувствовал, как половина его тела онемела. В другой же не осталось ни капли сил.
Затем его словно мяч подбросили в воздух. Он перелетел через весь зал, и кто-то его поймал.
Оказалось, поймал его тот же человек, который его бросил. Слиток понял это по исходившему от него необычному запаху.
Так мог пахнуть труп, пропитанный лекарственными травами и запечатанный в гробу.
Такой запах доводилось чуять нечасто.
Слитку повезло: за короткое время ему довелось ощутить его дважды.
А потом он потерял сознание.
Часть 2
Очнувшись, Слиток ощутил совсем иной аромат — такой, что мертвецы, будь они способны чуять запахи, вскочили бы и пустились в пляс.
Никогда прежде он не вдыхал столь чарующего аромата.
Тут он понял, что находится уже не в игорном зале, насквозь пропитанном дыханием смерти.
Он только что спал на кровати, и именно от неё исходило это благоухание.
Его нищенская одежда смердела — смердела невообразимо. Но здесь не было и следа вони.
Внезапно он заметил, что лежит на кровати нагишом, а всё его тело совершенно чистое — чистое, как у новорождённого младенца.
Слиток был потрясён.
— Как он сюда попал? Что это за место?
— Кем был тот человек, который пах трупом, а руки у него были холодны как лёд?
Слиток не знал.
Хотя он был потрясён, но не вскочил. Тело всё ещё оставалось слабым, в нём не было ни капли сил.
И тут, когда он не был уверен, что сумеет даже закричать, если захочет, Слиток внезапно услышал кого-то — он услышал чей-то смех.
Это была девушка на вид примерно его возраста, а может, и немного моложе. Она внезапно появилась у изголовья кровати и тихонько смеялась. Когда она смеялась, на щеках появлялись две ямочки — такие же милые, как у него самого.
Всякий в мире, кроме самого Слитка, скорее всего, сказал бы, что она гораздо милее его.
Слиток поспешно завернулся в одеяло. Девушка захихикала ещё веселее.
«Я ничего тебе не сделаю, — сказала она. — Чего ты боишься? Если, например, боишься, что я на тебя посмотрю, то я только что уже всё видела».
«Ты видела? — в ужасе спросил Слиток. — Что именно ты видела?»
«Всё, — ответила девушка. — Я только что тебя искупала».
Слиток разинул рот.
Даже во сне он не мог представить, что встретит такую девушку, а уж тем более что она станет его купать.
Как такое могло случиться?
**
[1] У него примечательное имя. Иероглиф Ту 屠 — это фамилия, но он также может означать «убивать». Цюй 去 может иметь значение «избавляться», а Э 恶 означает зло. Таким образом, его личное имя может означать «избавляться от зла».
[2] Тяньчоу буквально означает «небесная вражда».
[3] Кунг-фу девственника — реальный вид боевого искусства, практикуемый в Шаолине.
[4] Имя Дай Юнъань «Юнъань» буквально означает «вечный покой».
[5] А что насчёт фонаря, который снял У Тао... Неужели он тайком повесил его обратно? Ха-ха