— Но это всё равно бессмысленно. Вы, ребята, вроде довольно спокойные, так почему не разрешаете другим садиться за ваш стол? — Остин не смог сдержать любопытства.
Судя по тому, что видел он — да и все остальные, — троица Пробуждённых была вполне безобидной. Более того, они казались весьма рассудительными... по крайней мере, не настолько неуравновешенными, чтобы угрожать людям из-за обычной мебели.
Тревор закатил глаза, но ответил: — Честно говоря, не знаю. Мы сели здесь вскоре после пробуждения. Люди почему-то решили, что мы их побьём, если они займут наши места... Даже когда мы однажды пришли поздно, свободным остался лишь этот стол, и нам пришлось сесть здесь, тем самым словно подтвердив их догадки.
Да и переубеждать их он не собирался. Пусть всё и началось с недоразумения, уединиться здесь удавалось крайне редко, особенно учитывая, насколько тесно все жили.
Несколько подслушивавших их посетителей столовой тут же почувствовали себя глупо и отвернулись к своим столам.
Дейл покосился на Тревора, но ничего не сказал. Признавать сходство между ними он не собирался.
Гэри улыбнулся Остину: — Итак, Остин, твою способность мы уже видели на тренировке, а что насчёт того молчаливого темноволосого парня? Вы с ним спарринговались? На что похожа его сила в бою?
Дейл насторожился. О тренировках или каких-либо занятиях по программе упомянули впервые.
Хотя трое Пробуждённых этого не показывали, им явно было любопытно. Не каждый день обладатель спящей способности с лёгкостью преодолевал щит одного из них.
Остин лукаво улыбнулся: — О, вы не поверите... Он умеет... Ха! Так я вам и рассказал. Сами выясняйте.
Прежде чем кто-либо успел возразить, Сара встала, слегка потянулась и зевнула. — Спокойной. Ночи, — выговорила она и побрела прочь, шаркая ногами.
Тревор поднялся и последовал за ней по пятам, затем Гэри, потом Остин и каким-то образом — Дейл.
«Как так вышло, что я тоже встал?» — спросил он себя, но ответа не нашёл. Дейл цокнул языком.
«Должно быть, поддался влиянию окружающих. Наверняка дело лишь в этом». Отец всегда предупреждал его о коварном яде чужого влияния.
В конце концов они разошлись, и Дейл остался с Остином наедине в их комнате. Заинтересовавшись, он спросил:
— Так почему вы сегодня не тренировались?
Остин усмехнулся с верхней койки: — Мы тренировались. Ты прибыл очень поздно... Наши обязательные тренировки и занятия уже закончились.
Дейл приподнял бровь: — Обязательные занятия?
Его сосед слегка заворочался, отчего каркас кровати заскрипел.
— Ага. Оказывается, армия — это не только взрывы и война... Здесь не меньше ценят ум, поэтому проводят занятия, стараясь рассказать новобранцам как можно больше о мире, недоступных общественности политических сведениях, а целителям — об анатомии.
Дейл мысленно застонал. Он всегда ненавидел учиться. По крайней мере, экзаменов не будет... или он на это надеялся.
Остин продолжил сонным голосом: — Если преуспеешь хоть в чём-то из этого, сдашь испытания и станешь солдатом, будешь служить нашей стране на передовой. Или можешь стать убийцей. Не знаю. — Едва он договорил, как по комнате разнёсся его храп.
«Значит, завтра занятия возобновятся».
Глядя на днище верхней койки, Дейл ни о чём не думал и вскоре уснул.
****
Дейл стоял перед большими деревянными двустворчатыми дверями. По обе стороны от него толпились десятки других новобранцев, шумно пытавшихся их открыть.
Разумеется, сам он в этом не участвовал.
Остин протиснулся сквозь небольшую толпу и встал рядом с ним. Наклонившись ближе, он спросил:
— Что происходит? Почему вы ещё не внутри? И почему ты меня не разбудил?!
Дейл поморщился от крика и сердито посмотрел на соседа, но всё же ответил: — Во-первых, я не знаю. Во-вторых, мы не можем войти. А что до последнего вопроса: ты в военном учебном лагере и должен сам научиться просыпаться вовремя. Что ты делал до моего приезда?
Остин потёр затылок: — Я вроде как опаздывал на все занятия.
Теперь стало понятно, почему его не наказывали за постоянные опоздания. С точки зрения военных, Остин был полезен на поле боя, а потому ему были готовы дать некоторую поблажку.
Однако прежде чем Дейл успел высказать ему это в лицо, двустворчатые двери распахнулись, открывая просторный зал, где вокруг большого стола были расставлены стулья.
Новобранцы тут же ринулись внутрь, стараясь занять места. Дейл слегка склонил голову набок.
— Из-за чего весь этот переполох?
Он хотел спросить Остина, но, когда обернулся, его сосед уже умчался внутрь.
Остин бросил на него взгляд: — Всё дело в учителе. Он специально ставит недостаточно стульев, чтобы ученикам приходилось успевать занять место первыми. — Объяснение прозвучало торопливо и почти ничего не проясняло, но Дейл наконец сложил все детали воедино.
Спешка, попытки силой открыть двери, общее беспокойство.
«Какая жестокая система», — рассудил он, но жестокость как раз была ему понятна.
Как и в мире, где он вырос, здесь были волки и псы.
Если волк положил глаз на кусок мяса, а пёс попытался его забрать, новой добычей волка становился сам пёс.
Следуя этой мысли, Дейл понял, что должен стать волком. Он наметит себе цель, а если кто-нибудь попытается ему помешать, то он пожрёт этого человека.
Он спокойно вошёл и остановился рядом со стулом, который занимал юноша примерно его возраста.
— Встань. — Голос Дейла звучал совершенно спокойно и умиротворённо, однако по спине юноши пробежала дрожь.
Он открыл рот, собираясь бросить Дейлу вызов, но тот пронзил его взглядом.
— Встань. Немедленно, — повторил Дейл. Юноша нервно усмехнулся, но поднялся.
Дейл улыбнулся и сел. Большую часть жизни он голодал, но теперь...
«Я намерен устроить пир».