Церемония поступления. Подруга детства. Первая младшая сестрёнка.
После окончания церемонии поступления в частную Академию Ситийо меня ждал неожиданный сюрприз — случайная встреча.
В одном классе со мной оказалась моя подруга детства, которая переехала из-за работы родителей, когда я учился в третьем классе начальной школы.
Сонобэ Марико, которая тогда была очень высокой, похоже, уже достигла предела своего роста и теперь казалась очаровательной миниатюрной девушкой. В те времена я сам был очень низким и смотрел на неё снизу вверх, поэтому сейчас всё это ощущалось довольно странно.
Ещё больше меня удивили результаты вступительных экзаменов Марико. Похоже, она заняла первое место среди всех поступивших. В Академии Ситиё действовала стипендиальная программа, освобождавшая от платы за обучение тех, кто вошёл в первую десятку на вступительных экзаменах.
Узнав, что моя фамилия изменилась, Марико тоже удивилась. Мы оба почувствовали облегчение оттого, что в школе у нас есть знакомый человек. А поскольку Марико заняла первое место среди поступивших, она привлекла к себе пристальное внимание одноклассников.
Однако их внимание продержалось всего пять минут. Стоило мне представиться, как все уставились на меня широко раскрытыми глазами.
Когда классный час закончился, меня окружили одноклассники. Они наперебой предлагали: «Давай вместе запишемся в клуб» или «Давай дружить». Когда я носил фамилию «Домон», такого никогда не случалось.
Поэтому я сбежал из школы. Мне хотелось ещё поговорить с Марико, но ничего не поделаешь.
Честно говоря, клубная деятельность меня немного интересовала.
Все три года средней школы я состоял в ученическом совете, которому не хватало людей. Поначалу, будучи простым первогодкой, я выполнял мелкие поручения, а с осени второго года и до лета третьего занимал должность заместителя председателя ученического совета.
Мне было необходимо состоять в каком-нибудь клубе, поэтому формально я вступил в один из них, но числился там лишь на бумаге и вместо клубной деятельности помогал ученическому совету.
Дел было по горло, но это приносило удовольствие и чувство удовлетворения. Благодаря общению с младшими учениками я, хоть и был единственным ребёнком в семье, научился ладить с теми, кто младше меня.
Да, но... вернёмся к клубам. Впервые вступать в спортивный клуб уже в старшей школе, похоже, будет довольно тяжело. Значит, стоит выбрать культурный.
И всё же... клуб, в который вступит Тайсидо, получит особые привилегии, а число его участников вмиг удвоится. Если такое действительно произойдёт, будет по-настоящему страшно. Ведь Академией Ситийо управляла группа Тайсидо.
К тому же, прежде чем заниматься клубной деятельностью, мне нужно кое-что сделать.
После уроков я пообедал гюдоном в закусочной и вернулся в резиденцию Тайсидо довольно поздно.
Шёл второй день моей самостоятельной жизни. У меня всё ещё не возникало ощущения, что я вернулся домой. В вестибюле первого этажа я вошёл в лифт и поднялся на седьмой.
Стоя перед дверью комнаты 701, я недоумевал. Замок не отпирался.
Я достал из бумажника умный ключ. Но даже когда поднёс его вплотную к дверной ручке, ничего не произошло. Неужели он уже сломался?
Если подумать, что именно распознаёт этот ключ?
«Не может быть, но на всякий случай... Сим-сим, откройся!»
Похоже, голосового распознавания здесь не было. Дверь квартиры никак не отреагировала. Вчера я без проблем воспользовался ключом — неужели он уже сломался?
Ничего не поделаешь. Придётся позвонить Мурасаки-сан.
Но дозвониться не удалось. Может, она находилась вне зоны действия сети или выключила телефон. Тогда отправлю сообщение, а на всякий случай ещё и электронное письмо.
И всё же, как ни посмотри, для поломки слишком рано. Это ведь высокоточный прибор... И, осмотрев умный ключ, я наконец заметил, что тот изменился.
Номер комнаты на жидкокристаллическом экране... поменялся. Вместо 701 там отображалось 101.
«А? Что это...»
Сразу после этого я узнал, что особый умный ключ, вручённый мне Мурасаки-сан, независимо от моей воли сам «решал, в какой комнате мне надлежит находиться».
Отбор младшей сестрёнки уже начался.
Если пройти через холл на первом этаже, комната 101 находилась дальше всех, в самом конце переднего коридора.
Таблички с именем на двери не было. Когда я приблизился, замок открылся сам. Умный ключ не сломался — он звал меня в эту комнату.
Я чувствовал себя неловко, словно вторгался без разрешения, но всё же открыл дверь и вошёл в комнату 101.
Казалось, по комнате пронёсся ураган. По всему полу валялись футболки, трусики, бюстгальтеры и прочие вещи.
И на кухне, и в раковине громоздилась немытая посуда. Мусорное ведро было набито до предела. Чувствовалось, что кто-то усердно трудился над собственной ленью: скопившийся мусор сохранял идеальное равновесие и уже достиг уровня авангардного искусства.
На вешалке висела единственная школьная форма. Она была не из Академии Ситийо: пиджак отличался изысканным дизайном и был упакован в полиэтиленовый чехол. На эмблеме красовался иероглиф «средняя школа», так что это, видимо, была форма ученицы средней школы.
Посреди комнаты по ковру разметались прекрасные длинные чёрные волосы...
Там лежала без сознания девушка. Совершенно голая.
«Э-эй! Ты в порядке?!»
На мой оклик копна чёрных волос отозвалась протяжным «нуа-а-а-ах» и медленно поднялась.
Её чёрные волосы были настолько длинными, что закрывали всю спину. В отличие от разгромленной комнаты, за ними тщательно ухаживали: они были прекрасными и блестели до самых кончиков.
У неё было синевато-белое лицо, словно сделанное из фарфора, и тонкие руки. Похожая на куклу девушка заговорила со мной монотонным голосом.
«...Ты ведь старший братик?»
«А, да. Но важнее другое: ты в сознании?! У тебя ничего не болит?»
«...Я в порядке».
Хотя говорила она словно в полусне, голос звучал уверенно. В душе я облегчённо вздохнул.
«К-как хорошо... Тогда оденься. Я отвернусь».
Длинные волосы обвивали и прикрывали её тело, но она всё равно оставалась обнажённой.
Я отвернулся и в таком положении представился.
«Эм, ну... Я... Тайсидо Ёити».
«...Тамия Селена. Двенадцать лет, первогодка средней школы».
Позади меня послышалось какое-то шуршание. Она одевалась?
«В-вот как. Тогда, эм... Тамия-сан».
«...Пожалуйста, обращайся ко мне как подобает старшему брату».
«Но ведь... мы впервые встретились».
«...Я тоже не ожидала, что стану чьей-то младшей сестрой. Значит, мы в одинаковом положении».
Она была права: Тамия-сан... Селена-сан наверняка тоже смутилась, узнав, что у неё внезапно появился «старший братик».
«Селена-сан».
«...„Сан“ не нужно. Я уже оделась, так что можешь повернуться».
Она неряшливо сидела на полу в футболке и шортах. На белой футболке рукописным шрифтом было написано: «Я невинна». Где же она... такое купила?
«Почему Селена лежала посреди комнаты?»
«...Я помылась в ванной, высушила волосы феном, легла на пол — и вот чем всё закончилось».
«С тобой такое происходит каждый раз?»
«...Сегодня я знала, что встречусь со старшим братом, и задумалась о стольких вещах, что сама не заметила, как задремала в ванной».
Я оглядел комнату и вздохнул. Она утверждала, что помылась, но чем тогда объяснить чудовищное состояние комнаты?
Для жизни здесь царил слишком большой беспорядок — даже ступить было некуда.
«До уборки комнаты очередь так и не дошла?»
«...Это её завершённая форма. Я знаю, где что лежит, даже с закрытыми глазами».
«Хотя для меня это выглядит как беспорядок, ты действительно помнишь, где всё находится?»
«...Да. Я ведь смогла найти одежду, которую можно надеть».
Я легонько коснулся лба средним пальцем.
«Нет-нет-нет, я говорю, что тебе следует прибраться. Мне неловко вот так приходить и сразу читать нотации, но это уже никуда не годится».
Селена надула щёки.
«...Это лишь на первый взгляд так кажется. На самом деле всё очень функционально. Пожалуйста, не считай меня женщиной, которая не умеет убираться».
«Но со стороны разве это не одно и то же?»
Когда я представил, что Селена, катастрофически неспособная к уборке, станет моей младшей сестрой, мне показалось, что будет невероятно тяжело. Подумав об этом, я решил, что лучше оставить всё как есть.
«А как же церемония поступления?»
«...Я взяла выходной. Моё имя слишком броское. Уверена... наверное, если я пойду в школу, меня будут травить».
Затворница, боящаяся людей... вот она какая.
В первый день после поступления фамилия «Тайсидо» тоже вызвала переполох. Возможно, имя Селены навевало ей столь же неприятные мысли.
«Значит, в начальной школе тебя травили?»
«...Я всегда боялась, что меня могут начать травить».
Так её вообще никогда не травили!
«Никто тебя травить не станет».
«...Но даже так мне не нужны друзья в... реальном мире».
Её глаза увлажнились, и она вытащила ноутбук из горы сваленных футболок.
«...Старший братик. Если есть интернет, можно делать покупки, не выходя на улицу. Можно заказывать доставку еды. Можно даже заводить друзей, не посещая школу. Настоящее имя тоже не требуется. Анонимность в сети защитит меня».
Вот оно, моё собственное компьютеризированное общество. Селена гордо хмыкнула, выпятила грудь и запустила браузер.
На экране отображалось число её подписчиков в Твиттере — больше десяти тысяч. Уровень знаменитости. Но важнее другое: это имя — «Бессмертная цикада» — мне словно уже попадалось в чужих ретвитах.
Она была затворницей, но определённая общительность у неё всё же имелась. Возможно, Селена похожа на меня...
«Завести десять тысяч друзей — это впечатляет. Но это одно, а почему бы тебе не попробовать поговорить с реальными людьми вместо общения через сеть? К тому же, если ты способна на такое в интернете, то и вживую разговаривать тебе должно быть легко».
Селена покачала головой. Ш-шух — её гибкие, блестящие чёрные волосы взметнулись в воздухе, и я ощутил аромат хорошего цветочного шампуня. Плохо дело — моё сердце только что пропустило удар.
«...Меня устраивает не разговаривать с людьми напрямую. И ещё в интернете я могу смотреть все свои любимые аниме».
«Может, это и так, но... Слушай, Селена, ты собираешься не выходить из дома до конца жизни?»
«...Я дитя современной эпохи».
Она была настоящим олицетворением современной эпохи — ребёнком, которого развитие технологий сделало ленивым. Даже я не мог представить мир без смартфона... однако в случае Селены всё зашло слишком далеко.
«То, что ты родилась в эту эпоху, никак не связано с тем, что ты стала затворницей. И ещё... ты слышала всё от Мурасаки-сан?»
«...Если так продолжится, я... умру и исчезну. Если старший братик не выберет меня, меня изгонят из рая».
Похоже, она знала об обстоятельствах: её брови тревожно приподнялись.
«И несмотря на это, ты показываешь мне себя в таком ленивом виде».
«...Я хочу, чтобы ты принял меня такой, какая я есть».
«Как бы ободряюще это ни звучало, к сожалению, впечатление от этого не меняется».
«...Я могу быть только самой собой — и никем больше».
Селена печально пробормотала эти слова.
Если подумать, Селена всё это время сидела на полу — с тех самых пор, как оделась.
Я должен помочь ей стать самостоятельной... верно? Как её брат.
«В таком случае почему бы тебе для начала не встать?»
Слегка покраснев от смущения, Селена протянула ко мне обе руки, словно собиралась кого-то подбодрить.
«Эм, что означает этот жест?»
«...Помоги мне встать».
«Вот оно что. Ну и ну, ничего не поделаешь».
Я взял её за руки и поднял Селену на ноги.
«Вот та-ак!»
«...Хауа-а-а-а-а-а-а».
Стоило Селене подняться, как её колени задрожали. В глазах, похожих на чёрные жемчужины, выступили слёзы, а ноги шатались, словно у новорождённого оленёнка. Если даже встать для неё — такое испытание, мне страшно представить, что будет дальше.
Дальше? Моё будущее с этой девушкой? Я ведь ещё не решил, станет ли Селена моей младшей сестрой.
Со слезами на глазах Селена кое-как сумела сделать шаг вперёд.
«...Кья».
Раздался лишённый интонации вскрик, и Селена упала в мою сторону, но я успел её поймать.
Селена уткнулась лицом мне в грудь. *Мню* — прижавшись ко мне, она коснулась моего живота мягкостью, присущей лишь девушкам. ...И чего это я так разволновался из-за своей сестры (возможной)?
«Т-ты в порядке?»
«...Так вот как пахнет старший братик».
«Не думаю, что у старших братьев есть какой-то особенный запах...»
«...Шмыг-шмыг, нюх-нюх».
Я осторожно отстранил Селену от себя. Она казалась недовольной и, когда я взглянул на неё, пробормотала:
«...Старший братик, мне уже можно сесть?»
«Ты только что встала. Давай пока вместе здесь приберёмся».
«...Почему?»
«Если приберёшься... эм, тогда... я подумаю над тем, чтобы сделать тебя своей младшей сестрой».
Мне не хотелось пользоваться своим положением подобным образом, но я совершенно не был уверен, что смогу иначе уговорить Селену хоть что-нибудь сделать.
«...Хорошо, я постараюсь».
Она рассеянно посмотрела на меня и пробормотала это. Я с облегчением вздохнул, услышав её согласие.
«Раз решили, давай сразу начнём. У тебя есть мусорные пакеты?»
«...Здесь».
Селена тут же вытащила мусорный пакет из-под стопки журналов.
«Отлично! Рассортируй вещи на нужные и ненужные. И как следует отдели мусор от остального. Я тоже помогу, так что постарайся».
«...После этого мы официально станем братом и сестрой?»
«Как бы не так! Но... по крайней мере, если справишься, я буду о тебе лучшего мнения».
В ответ она слегка кивнула. Своим очарованием она напомнила мне маленькую белочку. Разумеется, я имел в виду, что она мила именно как младшая сестра.
И тогда мы вдвоём молча принялись убирать комнату. Работая вместе, мы справились быстрее, чем я ожидал. В комнате, где прежде было некуда ступить, теперь отчётливо виднелся деревянный пол.
А из-под груды картонных коробок я откопал устройство в форме круглого диска.
«...Это... откопанный линкор».
«Нет-нет, быть такого не может».
«...Он пропал без вести... Должно быть, у него иссякли припасы. Какая жестокая судьба».
«Он пропал из-за того, что кое-кто устроил в комнате свинарник. Какая же это жестокая судьба?»
«...Миссией этого откопанного линкора было устранение беспорядка».
Я сочувственно вздохнул, глядя на робот-пылесос, который не смог добраться до зарядной станции.
Мне пришлось продолжить дело этого откопанного линкора. Следом я запустил руку в гору одежды.
Белоснежная ткань с оборками была очень мягкой. По форме вещь напоминала носовой платок... Э-это же...
«...Старший братик интересуется трусиками младшей сестрёнки?»
«У-у-а-а-а! Н-ничего подобного! Ты неправильно поняла! Я вовсе не собирался!»
«...Старший братик — Господин Извращенец».
Она пробормотала это с серьёзным выражением лица. Я вернул трусики в гору одежды и покачал головой.
«Слушай, может, тебе нужен не я в качестве старшего братика, а возможность и дальше лениво жить?»
«...Почему ты об этом спрашиваешь?»
«Не хотел говорить так прямо, но тебе ведь нужны деньги Тайсидо?»
«...Если у меня будут деньги, я не буду несчастна».
То ли Селена не умела лгать, то ли не хотела ничего скрывать, но она честно высказала свои мысли. Хотя, возможно, дело было не в нежелании лгать — просто она считала это слишком хлопотным.
Поникнув, я сложил стопку журналов в пластиковый пакет. Завязав его, я спросил Селену: «Куда это отнести?» — и получил ответ: «...Туда».
Я начал подозревать, что она с самого начала собиралась заставить меня убираться: настолько хорошо всё было подготовлено и разложено.
«Все эти журналы можно выбросить».
«...Все тонкие книжки отложи в сторону».
«Что это за тонкие книжки?»
«...Девичья тайна».
Её белые щёки слегка порозовели. Ладно. Я ничего не понял, но больше спрашивать не стану. Собрав все журналы, я обнаружил странную брошюру.
«Селена, это тоже выбросить?»
«...Это... эм... да».
На белой обложке простым шрифтом было напечатано название... Да и вообще, это походило не столько на брошюру, сколько на издание, не предназначенное для широкого распространения.
На вид это было какое-то руководство. Оно называлось — «Данные о Тайсидо Ёити».
На нём стояла пометка «Конфиденциально». Хотя тонкая брошюра состояла всего из тридцати страниц, всё её содержание было посвящено мне.
Во многом благодаря вкусной бабушкиной стряпне я предпочитал японскую кухню. А под влиянием дедушки с детства смотрел исторические драмы.
Там был описан даже мой внезапный скачок роста. Прочитав эту брошюру, любой мог без труда понять, что я за человек. Подробностей оказалось столько, что мне было слишком стыдно продолжать чтение.
«Что это вообще за брошюра?»
«...Я получила её от Мурасаки-сан».
«П-понятно. Наверное, остальные кандидатки в младшие сёстры получили такие же».
«...Наверное».
«И ещё: разве можно было рассказывать мне о существовании этой книги?»
«...Почему нет?»
«Эм, как бы это сказать... Тщательно изучив эту брошюру, можно было бы идеально сыграть младшую сестру и завоевать мою симпатию, верно?»
«...Я ни за что не стала бы заниматься подобным».
«Прости, если я тебя обидел. Я не подозревал Селену».
Селена расслабилась и горделиво выпятила грудь.
«...Главное, что ты это понимаешь».
«Не слишком-то зазнавайся... Но с помощью этого руководства ты могла бы лучше показать себя как младшая сестра. Почему ты этого не сделала?»
«...Хотя отсутствие денег доставляет неприятности, я не хочу трудиться даже над тем, чтобы угождать тебе ради денег».
«Почему из твоих уст это звучит как благородный поступок, хотя ты всего лишь ленивая затворница?»
«...А-а-у-у».
Пока мы так беседовали, время пролетело, и наступило шесть часов вечера.
Гостиная, кухня и столовая теперь были такими чистыми и опрятными, что прежний хаос казался лишь сном. Потирая живот, Селена пробормотала:
«...Из-за всей этой работы я проголодалась».
«Ты права. Давай поужинаем».
«...Сегодня я угощаю».
С этими словами она достала стакан лапши из картонной коробки в глубине кухни. Похоже, она закупала её целыми коробками: нераспечатанные упаковки громоздились там подобием пирамиды.
«...С морепродуктами или карри — какую хочешь?»
Я люблю лапшу быстрого приготовления, но только как перекус. Если питаться одной лишь ею, я точно умру. Чёрные глаза Селены заблестели.
«...Мне нравится с морепродуктами».
«Тогда карри... эх... ха-а».
Напевая что-то своим характерным монотонным голосом, Селена налила в стакан лапши кипяток из чайника. Водой наполнился стакан с морепродуктами.
«...Теперь налью в порцию старшего братика... Ой... кипяток закончился».
«И что же теперь будет?»
«...эм-м, ведь хватит совсем немного воды, да?»
«Да ничего не получится!»
Я поспешил на только что убранную кухню и поставил на плиту полный чайник воды.
Даже то, как жалко она выглядит, готовя лапшу быстрого приготовления, заставляет меня тревожиться о её будущем.
Затем я вскипятил воду и кое-как довёл карри до готовности, но лапша получилась очень жёсткой. Селена прищурилась, словно кошка.
«...вместе есть весело».
«М-м? Д-да».
Кстати, сколько дней прошло с тех пор, как я расстался с дедушкой и бабушкой? Кажется, я уже давно ни с кем не делил трапезу.
«Селена всегда была одна?»
«...Мама ушла искать синюю птицу счастья, и с тех пор я одна».
«Прости... зря я спросил».
«...не извиняйся. Старший братик ведь тоже во власти судьбы, разве нет?»
«Во власти, значит... И правда».
Я криво усмехнулся, и Селена тоже улыбнулась.
Когда мы наконец доели лапшу, возникло ощущение, что всё наконец улеглось.
«Для затворницы Селена довольно хорошо умеет общаться».
«...ничего подобного. Я боюсь людей».
«Но сейчас ты ведь разговариваешь со мной».
«...старший братик... особенный. И ещё сегодня я... очень старалась».
Значит, вот как выглядит её «очень старалась». Нет, должно быть, даже ради этого Селене пришлось превозмочь себя до предела.
«Ты молодец, Селена. Пусть ты и знала обо мне заранее, при первой встрече со старшим братиком ты действительно отлично справилась».
«...ты тоже. Старший братик ничего обо мне не знал, но всё равно очень старался. Спасибо за труды».
«Спасибо за заботу. Я в порядке. Я рад, что смог вот так поговорить с Селеной и вместе с ней прибраться».
Селена опустила голову, покраснела и пробормотала:
«...замечательно. Старший братик бескорыстно убрался для меня, словно горничная».
«Не делай из меня горничную. И потом, не я один всё сделал. Мы старались вместе, верно? Даже сумели собрать все эти фигурки в одном месте».
На столе рядами стояли аниме-фигурки. Всё, что Селена расставила по комнате, мы пока собрали в одном месте.
Среди них было множество красавиц в нарядах горничных и платьях в стиле готической лолиты.
Любимицей Селены среди них была девушка с двумя светлыми хвостиками в жёлтом боевом костюме — Сосенка-тян.
«Раз ты собрала их столько, Селена любит фигурки?»
«...у неё даже трусики есть. Видишь? Полосатые. И складчатая юбка очень тщательно сделана, посмотри, как точно воспроизведены складки одежды».
«Н-не буду я смотреть! Но ты и правда уделяешь много внимания мелочам. Селена любит одежду?»
Висевшая на стене под пластиковой плёнкой форма тоже была довольно милой.
«...да».
«Ты выбрала школу по тому, как выглядела её форма?»
«...как ты узнал?»
Удивлённая Селена приоткрыла рот. Возможно, это мой шанс. Станет она моей младшей сестрой или нет, так продолжаться не может. Если она не изменится... боюсь, она ни разу не выйдет на улицу.
«Решено! В следующий раз пойдём вместе покупать одежду».
Селена посмотрела на меня щенячьими глазами и мило задрожала.
«...мне не в чем пойти покупать одежду».
«Ч... что?»
«...в ходе эволюции люди отбросили ненужный хвост. Вот и я, перестав выходить на улицу, отбросила всю одежду, в которой можно было бы выйти из дома».
Я-то думал, она дрожит, а она прокашлялась и гордо выпятила грудь.
«Этим не хвастаются. И потом, разве у тебя нет формы?»
Когда я указал на форму, Селена печально опустила голову.
«...она... не годится. Пусть лучше служит украшением».
«Она такая милая — будет жаль, если ты не станешь её носить».
«...ни за что не надену».
Она съёжилась ещё сильнее и обхватила колени, отчего стала казаться совсем крошечной.
«Тогда... точно. Почему бы тебе не включить ноутбук?»
«...что ты собираешься делать?»
«В этот раз купим всё через интернет. Есть сайт, который ты обычно просматриваешь?»
«Да. У меня есть любимый магазин».
«Тогда купим одежду там».
Селена тут же открыла сайт, и покупки начались.
«...тогда вот это и это, а это тоже милое. И ещё эти юбки... я не могу выбрать одну, так что добавим в корзину все».
Несмотря на внешность безобидного зверька, перед добычей она обрела проворство хищника. Селена умело продолжала делать покупки.
«Ты не слишком торопишься? Ты хоть как следует выбираешь?»
«...я выбираю очень тщательно. Не знаю, подойдёт ли мне такая чудесная одежда... но все наряды прекрасны. Профессиональные дизайнеры всё-таки потрясающие».
Я ещё некоторое время наблюдал, как она продолжает покупки. Селена выбрала множество нарядов сложного покроя и не меньше вещей с тщательно проработанными деталями.
Это была так называемая мода готических лолит. Благодаря красивым длинным чёрным волосам и немного мрачной ауре Селене прекрасно подошёл бы любой из этих нарядов.
«...выбор завершён. Нажимаю... а? Не получается купить».
«Не получается... Наверное, превышен лимит кредитной карты».
На экране с балансом значилось имя Мурасаки-сан. Должно быть, она предприняла какие-то юридические меры и сменила его. Селена выглядела так, будто вот-вот расплачется.
«...я только выбрала всё, что хотела... мир так жесток ко мне».
Прекращение помощи уже было решено, но случиться это должно было лишь в будущем.
И вообще, как можно исчерпать лимит кредитной карты всего за две недели апреля...
«Погоди-ка. Дело не в жестокости мира, а в том, что Селена сорит деньгами, верно? Что ты вообще купила?»
«...я их не тратила впустую».
Селена закрыла ноутбук, встала и указала в дальнюю часть комнаты.
«Что находится в той комнате?»
«...всё моё».
С серьёзным выражением лица она открыла дверь дальней комнаты. Мне захотелось закрыть глаза. Глава об уборке продолжалась до восьми вечера — избавьте меня от новых испытаний.
«...прошу, входи».
Селена включила свет в ателье. Там я обнаружил... мастерскую.
Впереди стояла огромная швейная машина. Она и правда выглядела промышленной и одним своим присутствием производила невероятно сильное впечатление.
Рулоны ткани были разложены и рассортированы по узорам и цветам. Открыв деревянный шкаф, я увидел внутри множество маленьких ящиков.
Хотя комната была битком набита вещами, в каждом её уголке царил идеальный порядок.
«Что это... за комната?»
«...швейная мастерская. Это основная швейная машина. А та — оверлок. В этой квартире очень хорошая звукоизоляция, поэтому даже посреди ночи шум наружу не проникает».
«Потрясающе. Похоже на профессиональные инструменты. Селена хорошо шьёт?»
«...я обожаю придумывать дизайн, кроить ткань по выкройкам и сшивать её на машине. Ещё люблю выбирать кружева, пуговицы и ленты. А также делаю вышивку. Правда, вязание мне даётся не очень хорошо».
«Можно заглянуть в ящики?»
Селена слегка кивнула.
Открыв один из ящиков, я увидел декоративные пуговицы. В соседних тоже лежали пуговицы самых разных видов. Все они блестели, и ящики напоминали шкатулки с драгоценностями.
«...я покупала пуговицы, кружева и бусины за границей... и деньги закончились».
«Покажешь одежду, которую ты сшила?»
Внезапно раздался сигнал входящего письма. На столике швейной машины лежал смартфон. Хотя она была затворницей, пользовалась и смартфоном, и ноутбуком.
«...как раз вовремя, похоже, очередная посылка дошла».
Она прочитала письмо на смартфоне и пробормотала:
«Посылка? То есть ты продаёшь сшитую тобой одежду?»
«...продавать — это немыслимо. Я сшила её для моей подруги, Надежды-тян».
«То есть подарила...»
«...вот эту одежду».
Селена показала мне на смартфоне фотографию сшитой ею одежды.
Вероятно, это был изготовленный на заказ наряд, единственный во всём мире. Милое зелёное платье украшало обилие кружев.
Я понятия не имел, сколько стоит такая одежда, но чувствовал, что одни лишь материалы наверняка обошлись довольно дорого.
«Ты сказала, подарила... Неужели ты отдаёшь её бесплатно?»
«...расходы на доставку мне полностью возместили».
«Только расходы на доставку?!»
«...она была очень рада».
Она вывела на экран благодарственное письмо и с самодовольным видом показала его мне.
«Хм-м... Тебя и правда устраивает такая цена? Я, конечно, купила это, но разве в ней не пропущены два нуля? Слушай, даже купивший это человек за тебя переживает».
Если доставка стоила тысячу иен, а покупатель решил, что в цене не хватает двух нулей, значит, получилось бы сто тысяч иен... с-сто тысяч иен?!
«Кстати, во сколько „магазину Селены-сан“ обошлось изготовление этой одежды?»
«...одни материалы стоили двадцать тысяч иен».
«Ты работаешь себе в убыток. И сколько времени у тебя вообще ушло на её изготовление?»
«...неделя... Но пока я шью, то не выхожу из этой комнаты. Если людям нравится созданная мной одежда, я счастлива».
Теперь я примерно понял, почему у Селены было так много подписчиков в Твиттере. Отзывы её знакомых и слухи о цене распространялись, привлекая людей.
В гостиной царил беспорядок, потому что все силы и способности она направляла на поддержание порядка в швейной комнате. Денег на материалы для одежды ей не хватало, поэтому она экономила на еде.
«Разве нельзя продавать её подороже?»
«...эту одежду я сшила в качестве хобби, ведь её создала простая любительница... назначать за неё цену было бы неуважением к профессиональным дизайнерам».
Несерьёзное хобби... значит. Всё было именно так, как она сказала. Показанную ею одежду нельзя было запросто взять и надеть.
Это была одежда аниме-персонажей, почти сценические костюмы. Оборок на ней было до неправдоподобия много. Но, думаю, в этом и заключалось её очарование.
«У меня вопрос: на что ты ориентируешься, когда шьёшь одежду? Думаешь что-нибудь вроде: 『Я хочу, чтобы этот человек надел вот это』?»
«...да. Я представляю девушек из своих любимых аниме. Апельсинке-тян, как энергичной девушке, подошла бы короткая юбка. А Виноградинке-тян нужно взрослое очарование, поэтому я хочу подчеркнуть её грудь».
Может быть, если Селена выйдет на улицу и увидит одежду, которую носят встреченные там девушки, её творческий порыв разгорится ещё сильнее?
Она могла бы шить одежду не только для аниме-персонажей, но и такую, которую смогли бы носить обычные девушки. Селена ещё ни разу не пыталась всерьёз выложиться на полную.
Если она сумеет сделать шаг за порог, то, возможно, станет великим дизайнером.
Мне казалось расточительством позволить столь драгоценному таланту оставаться погребённым в этой комнате.
«Сегодня уже поздно... но на следующей неделе давай куда-нибудь сходим».
«...невозможно. Выйти на улицу... Даже если курица замашет крыльями, в небо она не взлетит».
«Я заставлю тебя выйти, чего бы это ни стоило, так что приготовь одежду, в которой можно показаться на улице. Не можешь купить — сшей сама. Если ничего не приготовишь, пойдёшь в этой форме».
«...мне придётся выйти, несмотря ни на что?»
«Ага».
«...меня вырвет. От напряжения меня точно вырвет».
«Тогда лучше ничего не ешь».
«...меня вырвет желудочным соком. Ах да, ещё у меня невообразимо разболится голова».
«Но ведь, не выходя из дома, ты не сможешь ходить в школу, верно? Такая милая форма будет пропадать зря. Разве Селена не хочет ходить в ней в школу?»
«...хотя я так не хочу, ты всё равно заставишь меня выйти силой?»
Самозащита переросла в отстаивание собственных интересов.
«Ходить в школу не так уж плохо. Если ты заведёшь друзей, то сможешь шить одежду, подходящую их характерам».
«...м-может, т-ты и прав. Но... для меня это...»
Корни её затворничества уходили довольно глубоко. Попробуем зайти с другой стороны.
«Хорошо. Есть какое-нибудь место, куда ты хотела бы сходить?»
«...н-нельзя сказать, что такого места нет. Но это слишком сложно. Я не могу сесть на линию Яманотэ. Там такая давка, что меня ждёт смерть».
«Необязательно ехать в утренний час пик. Но линия Яманотэ — это довольно конкретно. Куда ты хочешь попасть?»
«...в Ниппори».
«Значит, не в Сибую и не в Харадзюку».
«...в Ниппори есть оптовый квартал тканей. И там продаётся не только ткань, но и множество других материалов для одежды».
«Понятно. Если Селена постарается, я отведу тебя туда и сделаю всё, что захочешь: понесу покупки или помогу ещё чем-нибудь. Это никак не связано с моим решением, сделать тебя своей младшей сестрой или нет. Это обещание между нами как между двумя людьми».
«...п-правда? Обещаешь?»
«Ага, даю слово. Поэтому приготовься выйти на следующей неделе».
После моих слов Селена поспешила в туалет. Я мог представить, как напряжение обрушилось на её желудок.
«Эх...»
Когда я вздохнул, раздался звонок. На мой смартфон пришло письмо от Мурасаки-сан.
Дополнительные сведения о взаимодействии с кандидатками в младшие сёстры... а точнее, подтверждение.
В течение двух недель, начиная с сегодняшнего дня, по будням — с понедельника по пятницу — мне предстояло каждый день проводить время с новой кандидаткой в младшие сёстры.
Ровно в полночь номер комнаты на электронном ключе снова сменится на 701. Иными словами, каждый день до полуночи я должен проводить время в комнате младшей сестры.
Но то, что письмо с описанием дальнейшего взаимодействия пришло как раз перед окончанием времени, отведённого первой кандидатке, — это тоже было предписано завещанием?
Пока я размышлял об этом, Селена вернулась из туалета. Вид у неё был посвежевший.
«До сих пор только я просил Селену о разном. Ты сама чего-нибудь от меня хочешь?»
«...я хочу поваляться без дела вместе со старшим братиком».
Оставшееся время мы вместе смотрели её любимое аниме. В нём пять девушек сражались со злыми врагами — «Красавицы-рейнджеры Моно».
Апельсин, Яблоко, Виноград, Персик и Ананас — «Красавицы-рейнджеры» обладали фруктовыми образами, и это было аниме для маленьких девочек.
Интересно, смогу ли я помочь Селене обрести самостоятельность? Если заниматься только ею, возможно, мне удастся понемногу избавить её от затворничества.
Однако помимо неё были ещё четыре кандидатки в младшие сёстры. Впятером они могли бы составить отряд «Красавиц-рейнджеров — младших сестёр».
Поскольку время, которое я мог провести с каждой из них, было ограничено, в случае Селены мне, возможно, придётся прибегнуть к радикальным мерам.