Глава 1. Я отправляюсь в мир людей, чтобы соблазнить его
Неведомо с каких пор люди, проходившие мимо реки Забвения (1), стали называть меня Камнем Трёх Жизней (2). С тех пор одни презрительно отворачивались от меня, другие приходили, держась за руки, и высекали на мне истории своей любви из прошлых жизней, а некоторые даже стояли передо мной и рыдали во весь голос.
В китайской мифологии река Забвения называется рекой Ванчуань. Она подобна Лете из греческой мифологии.
Её называют Камнем Саньшэн, где «саньшэн» означает «три жизни». В буддийском контексте «три жизни» также означают прошлую, нынешнюю и будущую жизни.
Однако я была всего лишь камнем на берегу реки Ванчуань. Я не знала ни радости, ни печали.
Тысячу лет я безропотно сидела у реки Ванчуань, пока однажды наконец не обрела душу.
Всем живым существам суждено проходить испытания судьбы, но я безобидно просидела там ещё больше столетия, пока наконец...
Не настало моё испытание любовью.
Судьбу мне предсказал белобородый жрец, проходивший мимо реки Ванчуань. Пророчествуя о грядущем испытании, он многозначительно кивал.
Я решила, что он просто несёт вздор.
Я была духом, рождённым из Камня Саньшэн; душа моя была каменной, и сердце тоже было каменным. Вековая тьма над рекой Ванчуань давно закалила моё сердце холодом.
Где нет любви, там нет и боли. Если моё сердце никогда не знало трепета, откуда же взяться испытанию любовью?
Так я думала.
Но жизнь всегда полна неожиданностей.
Однажды пасмурным днём в подземном мире я, как обычно, вернулась с прогулки к вечно неизменной реке Ванчуань. Я подняла глаза. В то самое мгновение, словно солнечный свет из мира живых пробился сквозь густые слои тумана, заросли амариллисов вдоль Жёлтых Источников внезапно ослепительно засияли.
Навстречу изящной поступью шёл мужчина.
Я вдруг вспомнила слова, которые много-много лет назад прошептала, проходя мимо меня, одна женщина из мира людей: «Какой благородный муж — безупречный, утончённый». (3)
Поговорка о том, что благородный муж совершенствует свой характер, подобно тому как шлифуют нефрит; взята из «Книги песен», «Песен царства Вэй».
Впервые за тысячу лет моё каменное сердце едва заметно дрогнуло.
Он медленно приближался — разумеется, не ради меня, а потому, что позади меня находился мост Найхэ, через который следовало пройти, чтобы попасть в подземный мир. Встретить такого красавца было нелегко, и я решила, что нам надлежит познакомиться красиво.
Я шагнула вперёд и тихо окликнула его: «Господин». Мне хотелось присесть перед ним в реверансе, как делали благовоспитанные барышни в книгах мира людей. Но в книгах лишь писали: «присела в реверансе», ни разу не объяснив, какие именно позы и движения для этого требуются.
Немного поразмыслив, я решила подражать призракам, которые взывали к Янь-вану, повелителю подземного мира: с глухим стуком рухнула на колени, трижды ударилась лбом о землю и спросила: «Как ваше прекрасное имя, господин?»
Она спрашивает его «прекрасное имя» так, как мужчина мог бы спросить женщину.
Стоявшие поблизости бесенята дважды шумно втянули холодный воздух. Он застыл на месте, и в его глазах мелькнуло удивление. Ответил он не сразу.
Ко всякому делу надлежало подходить искренне, ведь любимая поговорка Чёрного и Белого Стражей Непостоянства гласила: «Искренность — залог успеха». Именно поэтому им всегда удавалось уговорить души смертных покорно последовать за ними.
Не услышав ответа, я подумала, что, возможно, недостаточно громко стучалась лбом и потому не сумела выказать должной искренности. Я на коленях подползла ближе и, на сей раз не жалея сил, ещё трижды яростно ударилась лбом о землю.
Похоже, поклоны мои были столь сильны, что по земле прокатились три волны. Бесенята рядом испуганно захрипели.
Я подняла голову и посмотрела на него окровавленным лицом. «Как ваше прекрасное имя, господин?»
Возможно, жалкий вид моего окровавленного лица так напугал его, что он оцепенел. Он по-прежнему молчал.
Я поспешно вытерла лицо и обнаружила, что обе мои ладони мокрые! Я и не подозревала, что истекаю кровью так сильно. Тут я наконец поняла, отчего он пребывал в таком оцепенении.
Я запаниковала. Торопясь обтереться, я лишь размазала кровь по всему телу.
Я совершенно беспомощно подняла на него взгляд.
В его прекрасных глазах отражалась я. Затем они изогнулись в ослепительной улыбке.
Я не знала, что его так обрадовало, но, увидев его счастливым, тоже дружелюбно улыбнулась, сверкнув двумя рядами белоснежных зубов, и не поняла, что от этого стала выглядеть ещё страшнее — словно вся залитая кровью.
Стоявший рядом со мной бесёнок Цзя нервно наклонился и попытался поднять меня. Я не вставала. Переведя дух, он прошептал: «Дорогая госпожа Саньшэн! Кого вы пытаетесь напугать таким ужасным лицом?! Вы хоть знаете, кто он?»
Среди духовных существ подземного мира моя магия не отличалась особой глубиной. Но благодаря моему почтенному возрасту все бесенята относились ко мне с уважением. Они редко позволяли себе говорить со мной подобным тоном. Я нахмурилась и озадаченно ответила: «Разумеется, я не знаю, кто он. Потому и спрашиваю, разве нет?»
Сяо И выглядел так, словно вот-вот выплюнет кровь. «Дорогая госпожа! Это небесный...» Он не успел договорить, как его прервал мягкий голос.
«Меня зовут Моси».
Он протянул руку, и я охотно вложила в неё свою. Перевернув ладонь, он сжал моё запястье.
На запястье находились мои жизненные врата. В тот миг ему было достаточно приложить самую малость силы, чтобы предать меня ужасной смерти. И без того неприглядные лица Сяо Цзя и Сяо И сделались ещё страшнее. Цзя поспешно взмолился: «Владыка! Владыка! Госпожа Саньшэн всю жизнь прожила здесь, на берегу реки Ванчуань. Подземный мир — место скромное; юная госпожа не знакома с правилами приличия. Прошу вас простить её».
«Саньшэн? Странное имя, хотя и довольно занятное».
Я по-прежнему смотрела на него. Страха я не испытывала, поскольку в его глазах не было намерения убить меня.
Он некоторое время внимательно меня разглядывал, затем отпустил моё запястье и вместо этого поднял меня, взяв за руку. «Удивительно, что камень из подземного мира сумел обрести душу. Ты не знала, кто я, так зачем же отвесила мне столь великие поклоны?»
Я вдруг всё поняла. Оказалось, дело было не в недостатке искренности, а в её избытке. Я честно сказала ему: «Вы так красивы, что мне захотелось...» Как назло, словарный запас меня подвёл. В панике я ухватилась за слово, неизвестно когда попавшее в мою голову: «Мне захотелось соблазнить вас».
Сяо Цзя посмотрел на меня взглядом, говорившим: «Ты безнадёжна».
Он тихо рассмеялся. «Какое прямодушное создание».
Я обрадовалась, решив, что это похвала. «Тогда можно мне вас соблазнить?» — поспешно спросила я.
Немного подумав, он ответил: «Я пришёл, чтобы пройти испытание, поэтому не останусь в подземном мире».
Это означало «нет». Немного разочарованная, я опустила глаза.
«Ты всегда сидела на берегу реки Ванчуань?» — неожиданно спросил он.
Я кивнула.
«Хочешь выйти отсюда и посмотреть на внешний мир?»
Мои глаза загорелись; я энергично закивала.
Он слегка улыбнулся и погладил меня по голове. «Раз уж я принял от тебя несколько кровавых земных поклонов, нельзя допустить, чтобы они пропали даром. Раз ты хочешь покинуть подземный мир, я дарую тебе свободу на три жизни. Пока я буду проходить испытание в течение трёх жизней, ты тоже будешь свободна. Когда я вернусь после испытания, ты послушно возвратишься на берег реки Ванчуань. Что скажешь?»
В его предложении не было ничего невыгодного. Я согласно кивнула.
Он наложил на моё запястье золотую печать. «Как духовному существу, тебе следует научиться быть умнее. Впредь тщательно оберегай свои жизненные врата». И добавил: «Те, кто сильнее тебя, не всегда будут столь же добры, как я».
Провожая его, два бесёнка, Цзя и И, кривили лица. Я коснулась золотой печати на запястье.
«Моси», — окликнула я его.
Стоя перед мостом Найхэ, он держал в руке воду забвения. Услышав меня, он обернулся.
«Можно мне прийти в мир людей, чтобы соблазнить вас?»
Мой вопрос прозвучал столь искренне, что старая Мэн, разливавшая свой напиток забвения, разразилась жутким смехом.
Его губы тоже тронула улыбка. «Если сумеешь меня найти — попытайся». С последним словом он одним глотком выпил напиток.
Не оборачиваясь, он ушёл в глубины подземного мира. Я продолжала смотреть ему вслед и не желала отводить глаз даже после того, как он исчез из виду. Сяо И вернулся от моста Найхэ и замахал передо мной своими мертвенно-бледными руками, зовя: «Госпожа Саньшэн!»
«А?»
«Госпожа Саньшэн, уж не возникли ли у вас к нему чувства?»
Наконец я повернулась к И и серьёзно спросила: «А что значит — возникли чувства?»
И задумчиво склонил голову набок. «Как там описывают мужчин и женщин в книгах, которые вы постоянно читаете, — вот это и значит, что у них возникли чувства».
Я задумалась. В книгах, которые я часто читала, благородный господин встречал барышню, барышня приседала в реверансе, затем они обменивались одной-другой фразой, после чего принимались без удержу проделывать всякие «ох-ох» да «ах-ах». Мне ни разу не захотелось предаваться с Моси всяким «ох-ох» да «ах-ах», поэтому я совершенно не считала, что у меня возникли к нему чувства.
Я решительно покачала головой. «Никаких чувств у меня не возникло».
И протяжно вздохнул и пробормотал себе под нос: «И правда, разве могут у камня возникнуть чувства? Зря я столько надумал». Почти сразу он уставился на меня и сказал: «Главное, чтобы у вас никогда не возникло к нему чувств! Нет в этом мире ничего мучительнее слова „любовь“. Я не говорю, что госпожа Саньшэн не может никого полюбить. Просто владыка Моси — именно тот, в кого ни одной женщине не следует влюбляться».
«Почему? Он самый красивый и благородный человек из всех, кого я встречала». Я помолчала и добавила: «И голос у него приятнее всех на свете».
«Вот именно потому, что в нём всё настолько совершенно, вам ни за что нельзя в него влюбляться! Владыка Моси — небесный Бог Войны. Хотя в этом мире нет ничего невозможного, он заботится лишь о благополучии всего сущего. Если его сердце занято простым народом, разве останется в нём место для любви?»
Есть ли в сердце Моси место для любви, меня не слишком волновало, зато первая половина слов И заставила меня задуматься. «Как он может занимать столь жестокую должность Бога Войны? Он ведь явно очень добрый человек».
И едва не выплюнул полный рот крови. «Добрый? Вы ведь не всерьёз так думаете... правда?»
Увидев, что я кивнула, И беспомощно покачал головой и сказал: «Когда клан демонов стотысячным войском напал на Небеса, владыка Моси повёл в бой тридцать тысяч небесных воинов и полностью уничтожил врага. Затем он повёл войско на столицу демонов и истребил весь их клан; кровь тогда лилась рекой. За последнее десятилетие от демонов не было слышно ни звука. Всё потому, что каждый демон старше трёх лет был уничтожен».
Я смутно помнила это событие. В те времена подземный мир был невероятно переполнен. От стенаний едва не рухнул дворец Янь-вана, а мост Найхэ чуть не развалился под бесчисленными ногами. Хотя говорили, что этих демонов убил Моси, на войне в действительности либо убиваешь, либо выживаешь. На Моси как Боге Войны лежала обязанность силой подавить мятежников. Он был предан собственному клану. Решительная беспощадность в бою была вполне естественна.
Я похлопала И по плечу. «Спасибо, что рассказал мне всё это. А теперь я вернусь к своему камню и соберу вещи».
И растерялся. «Госпожа, куда вы собираетесь?»
Я широко улыбнулась. «Я отправляюсь в мир людей, чтобы соблазнить его».