Когда впервые появился Новый Свет, самым известным именем было, конечно же, «Джехван».
Именно он уничтожил Древо Образов и Систему.
Людям не терпелось узнать, кто он такой. Что он за человек и почему уничтожил прежний мир, чтобы создать новый? Его искали повсюду, но никто, казалось, не знал, куда исчез Джехван.
Некоторые объявляли себя «Джехваном».
— Я Бог Нового Света!
Большинство из них говорили нечто подобное, но спустя несколько месяцев находили их тела. Причины смерти были разными. Одних закалывали или зарубали, других сжигали заживо. Но хуже всего приходилось тем, кого убивали золотой дубиной.
— Любой, кто выдаёт себя за Джехвана, умрёт.
Когда все самозванцы погибли, Джехван стал ещё более загадочной фигурой. Некоторые даже считали его истинным Богом Нового Света, но многие его проклинали.
— Ни навыков, ни характеристик! Как нам жить в этом мире?!
— Верните наш мир! Верните его!
Люди были потрясены. Не осталось ни интерфейса, ни подсказок, ни характеристик. Теперь им предстояло самим противостоять этому миру. И это было ещё не всё.
— Я... Я не хочу умирать...
С падением Системы исчезло и «бессмертие». Теперь каждому существу в мире предстояло встретиться со «смертью». Вернулось и устранённое прежде «старение». Отныне никому не дано было укрыться от времени. Так они и стали настоящими «живыми существами».
Неизбежная смерть приходила, даже если ничего не делать.
Одни боялись и мучились, но так чувствовали себя не все. Были и те, кто с радостью принимал «смерть».
— Всё хорошо. Не надо так печалиться.
— ...
— Эй, девочка, перестань плакать.
— Я-я не плачу!
Ослабевший старческий голос Чонхуха вызвал у некоторых слёзы. Сирвен была одной из них. Слёзы? Неужели в ней ещё остались подобные чувства? Сирвен горько улыбнулась, но не смогла сдержать плач.
— Я прожил достаточно долго... Со мной такое уже случалось, но я всё равно волнуюсь. Хе-хе...
Некоторые улыбнулись тому, что даже в свой последний день Чонхух продолжал шутить. Все они взяли его за руку. Это была рука старого воина, рука старика, всю жизнь сражавшегося за правое дело. Сирвен сжала её.
— Хотелось бы... в последний раз увидеть Джехвана... Надеюсь, с ним всё хорошо.
Старик, всю жизнь смотревший в небо, умер, глядя на него.
И вслед за Чонхухом люди начали умирать.
Кайман, Эурен и главы Хаоса...
Первыми ушли те, кто прожил дольше обычного человеческого срока. Ю Сурха была одной из них.
— Впервые тебе завидую. Посмотри, во что я превратилась, а ты всё такая же, как в день нашей встречи.
— Кошмары живут долго.
— Да...
Сурха горько улыбнулась.
— Ты ведь будешь его ждать?
— Да.
— Пожалуйста, когда он вернётся, скажи ему, что он не ошибся. Даже если всё оказалось напрасным, он всё равно не ошибся...
Даже состарившись, Сурха не утратила своей несгибаемой воли.
Так один за другим исчезали люди, помнившие Древо образов, люди, помнившие Джехвана. А вслед за ними пришли поколения, родившиеся уже после времён Джехвана.
Сорок лет. Пятьдесят лет.
Время летело быстро.
Теперь почти не осталось тех, кто помнил Древо Образов или Систему. Люди уже не знали, что когда-то можно было пользоваться окном характеристик и инвентарём, а сила выражалась уровнями, характеристиками и ступенями Адаптации. Не знали они и о человеке, бросившем вызов всему миру.
Однажды Карлтон сказал:
— Странно, правда? Нынешние дети ничего не знают о Господине.
— Мы его помним. Только это и важно.
— Да. Пока этого достаточно.
— Ты... твои крылья выглядят слабее.
— ...
Сирвен приподняла бровь.
— Разве ты не наполовину Ангел? Тебе ещё рано слабеть.
— Да, наполовину. Но если учесть, что другая моя половина человеческая, я уже стара.
Некоторое время оба молчали.
— Тебе не одиноко?
— Замолчи. С чего бы мне было одиноко?
— Но однажды станет.
— ...
— Я всем сердцем надеюсь, что ты не останешься одинокой.
Произнеся это, Карлтон посмотрел в небо.
— Боюсь, это ещё не конец.
А месяц спустя Сирвен узнала о смерти Карлтона.
Прошло семьдесят лет.
Сирвен всё ещё ждала одного человека. Не было нужды объяснять, кого именно. Она повсюду искала хоть какие-нибудь следы Джехвана.
«Не мог же он просто так исчезнуть. Он должен быть где-то там».
«Даже если его нет в этом мире, он должен быть жив».
А людей в её «поисковом отряде» становилось всё меньше. Мино, Клэр... Добровольцы, отправившиеся на поиски Джехвана, один за другим исчезали из списка участников, погибая от несчастных случаев или от старости.
«Хотя бы они были сейчас здесь».
Сирвен вспомнила людей, исчезнувших во время «Серебряных семи дней», наступивших после уничтожения Древа образов.
Юнхван и Союль.
Они были единственными, кто исчез после Падения старого мира. Слишком странно было считать это совпадением, и Сирвен подозревала, что их исчезновение как-то связано с Джехваном.
— Капитан! Здесь что-то есть!
Обыскав северные земли, где, по слухам, находился ствол Древа Образов, они обнаружили там тёмные длинные объекты.
— Э-это...
Сирвен, будучи Кошмаром, поняла, что это такое, едва их увидела.
— Это Корни.
— ...Корни? Корни Древа образов?
— Да.
— Но как... разве Корни не растут в направлении [Отдалённого региона]?
Сирвен прищурилась, глядя на мужчину.
— Эй, а где, по-твоему, находится [Отдалённый регион]?
— Разве не под нами? То есть Корни ведь растут туда, верно?
— Под нами? Нет. Вселенная устроена не так просто.
— Что? О чём вы? А как же...
Но ответа Сирвен он не услышал. Обернувшись, мужчина увидел, что она застыла на месте.
— Капитан?
Руки Сирвен дрожали. Шаг за шагом она подошла к краю гигантского корня и увидела застрявший там предмет.
«Я так долго искала».
Сдерживая слёзы, она погладила застрявший там предмет. Это был сломанный меч. Меч, которым некогда владел самый одинокий и самый упрямый человек в мире.
Это был сломанный меч Джехвана.