Глава 15: Четыре года спустя
Доктор Мо был чрезвычайно доволен тем, сколько усилий Хань Ли отдавал совершенствованию.
Однако ему всё же казалось, что Хань Ли слишком медленно прорывается на следующий уровень таинственного заклинания.
В последние несколько лет болезнь доктора Мо становилась всё тяжелее. За день он кашлял бесчисленное множество раз, причём приступы случались всё чаще и длились всё дольше.
По мере того как состояние его тела ухудшалось, доктор Мо уделял совершенствованию Хань Ли всё больше внимания. В его неустанных понуканиях явственно ощущалась сердечная тревога.
По какой-то причине доктор Мо придавал Хань Ли огромное значение. Он не только увеличил ему денежное содержание — в его взгляде даже появилась нежность, словно он любовался редчайшим сокровищем.
Несмотря на это, Хань Ли, достигший третьего уровня таинственного заклинания, благодаря необычайно острым чувствам заметил скрытую истину. Он случайно обнаружил, что за тёплым и дружелюбным взглядом доктора Мо таятся холодность и непомерная алчность, и от этого ему становилось не по себе.
От взгляда, который доктор Мо бросал на него, Хань Ли пробирал страх от кончиков волос до мозга костей. Ему казалось, что доктор Мо видит в нём скорее вещь, чем живого человека.
Это озадачивало Хань Ли. Что у него могло быть такого, чего желал доктор Мо?
«Разумеется, у меня нет ничего, что могло бы его заинтересовать», — заверил себя Хань Ли после долгих раздумий.
Порой Хань Ли думал, что просто переутомился из-за совершенствования безымянного заклинания, но затем со стыдом качал головой. Он невольно корил себя: в конце концов, осуждать доктора Мо за его спиной было верхом неблагодарности.
Однако в глубине души он прекрасно понимал, почему при общении с доктором Мо неизменно сохранял настороженность. Со временем это чувство становилось всё сильнее.
Сейчас перед Хань Ли стояла огромная проблема. Он уже достиг предела третьего уровня, но запасы драгоценных лекарственных трав у доктора Мо иссякли.
Очевидно, Хань Ли ни в коей мере не был гением. Без помощи лекарственных трав его совершенствование уже давно остановилось бы.
При каждой встрече с доктором Мо Хань Ли невольно испытывал стыд.
Доктор Мо истратил почти всё своё состояние, усердно помогая Хань Ли совершенствоваться и создавая для него благоприятные условия, однако... Хань Ли так и не смог исполнить его просьбу.
Поэтому всякий раз, когда доктор Мо спрашивал о его успехах, Хань Ли крайне неохотно встречался с ним взглядом.
Как ни странно, неизвестно по какой причине искуснейший доктор Мо не мог определить успехи Хань Ли, пока тот сам о них не рассказывал. Поэтому о возникшем у Хань Ли затруднении он ничего не знал.
Однако недавно чувство вины заставило Хань Ли разыскать доктора Мо и признаться, что в совершенствовании он столкнулся с непреодолимой преградой.
Услышав, что за последний год Хань Ли ни на шаг не продвинулся в совершенствовании, обычно бесстрастный доктор Мо сильно помрачнел.
К удивлению Хань Ли, доктор Мо не стал его упрекать. Вместо этого он сообщил, что на некоторое время покинет долину, чтобы собрать необходимые травы, и напомнил Хань Ли, что тот должен и дальше усердно совершенствовать таинственное заклинание.
Два дня спустя доктор Мо взял с собой ящик, наполненный инструментами для сбора трав, и покинул Секту Семи Тайн.
После его ухода Хань Ли остался в Долине Божественной Руки совсем один.
Что же до его доброго друга Чжан Те, то ещё два года назад тот достиг третьего уровня «Пути Закованного в Броню Слона», после чего бесследно исчез. Чжан Те оставил лишь прощальное письмо, в котором написал, что хочет отправиться странствовать по Цзян Ху. Этот случай вызвал в секте большой переполох. Позднее пошли слухи, что семью Чжан Те не наказали лишь благодаря заступничеству доктора Мо. Всё это казалось Хань Ли чрезвычайно странным, и после раздумий он уверился, что здесь не всё так просто. Как бы то ни было, Хань Ли не занимал в секте важного положения, поэтому к его словам никто не прислушался, а дело уже давно замяли. Поразмыслив, Хань Ли подумал: «Неужели Чжан Те так испугался последствий освоения четвёртого уровня своего боевого искусства, что сбежал?»
Отбросив мысли о Чжан Те, Хань Ли несколько дней совершенствовался в долине, но так и не добился ни малейшего прогресса. Будучи юношей с горячей кровью, он решил отправиться исследовать горы Небесной Радуги, а не сидеть взаперти в Долине Божественной Руки.
Когда он шёл по горным тропам, прежде знакомым до последнего камешка, те вдруг показались ему слегка чужими, и в сердце невольно зародилась лёгкая печаль.
Последние несколько лет из-за совершенствования Хань Ли словно жил в тюрьме, не имея возможности сделать ни шагу за пределы долины.
Ученики Секты Семи Тайн, должно быть, уже давно забыли о его существовании.
По дороге Хань Ли встретил нескольких патрульных учеников. Незнакомец в одеянии внутреннего ученика показался им подозрительным. Лишь после долгих объяснений Хань Ли удалось убедить их, что он действительно ученик Секты Семи Тайн.
Чтобы подобное больше не повторялось, Хань Ли решил идти по небольшим тропам в стороне от главной дороги.
Как он и ожидал, других учеников ему больше не встретилось, и теперь он мог двигаться быстрее, ни на что не отвлекаясь.
Любуясь прекрасными пейзажами и слушая пение птиц, Хань Ли на мгновение почувствовал, будто все тревожившие его заботы растаяли без следа.
Внезапно из ущелья у соседней горы донёсся звон скрестившегося оружия, а воздух наполнился какофонией ругательств.
«Что? В таком глухом месте собралось столько людей?»
В сердце Хань Ли вспыхнуло сильное любопытство. Больше не опасаясь расспросов других учеников, он пошёл на шум и приблизился к его источнику.
Какая огромная толпа! Хань Ли безмолвно уставился на неё, потрясённый увиденным.
Ущелье, полностью скрытое лесом, было совсем небольшим. Несмотря на это, в нём теснилось не меньше сотни человек! Некоторые даже стояли на ветвях огромных деревьев.
Две группы людей пристально смотрели друг на друга, и от обеих исходила ощутимая враждебность.
В группе слева насчитывалось одиннадцать-двенадцать человек, а в группе справа — шесть-семь.
Хань Ли обнаружил, что участники обеих групп были примерно одного с ним возраста! Всем им было около пятнадцати-двадцати лет.
На его губах появилась лёгкая улыбка: «Какое совпадение!»
Среди этих людей Хань Ли узнал несколько знакомых лиц.
«Фан Юй Бао, Чжан Да Лу, Ма Юнь, Сунь Ли Сун.... Ай! Толстяк Ван стал ещё толще, чем при нашей последней встрече! А это... Железноголовый Лю. Цок! Цок! В те времена он был таким загорелым. Подумать только, теперь его кожа такая светлая и белая! Уж не живёт ли он на содержании у женщины, целыми днями бездельничая?» — усмехнулся Хань Ли и, забравшись на огромное дерево, погрузился в воспоминания.
(Примечание переводчика: «Цок! Цок!» — звук, издаваемый при пощёлкивании языком.)