Глава 17 — Двое чудаков
«...» Несколько секунд Зен молча смотрел на неё. Тишину между ними нарушали лишь голоса остальных посетителей да доносившееся издалека шипение готовящейся еды. Они неотрывно глядели друг на друга.
Наконец Зен моргнул и подался вперёд. «Ты серьёзно? — спросил он. — Я не ослышался?»
«Да. Я совершенно серьёзна. Это моя главная цель», — ответила Сифа с крайне серьёзным выражением лица. Услышь кто-нибудь её слова, он наверняка принял бы их за шутку. Причём даже не смешную.
Ни одному здравомыслящему человеку и в голову не пришло бы свергнуть четыре клана-столпа. Они были четырьмя сильнейшими кланами мира, чья мощь не уступала целым государствам, а то и превосходила их. Они являлись истинными властителями этого мира. Каждый их шаг сотрясал весь мир и полностью менял привычный порядок вещей.
Что уж говорить о четырёх, если уничтожить даже один из них было практически невозможно. Они были слишком многочисленны и могущественны, чтобы с ними соперничать или хотя бы осмелиться навлечь на себя их гнев. Четырьмя кланами-столпами были:
Клан вечной ночи — Найтингейл.
Клан божественного огня — Нар.
Клан бессердечного биения — Варос.
И наконец... Клан обогащённой души — Хевенсоул.
Иными словами, тот самый клан, к которому принадлежала Сифа. Каждый из них владел целым регионом и повелевал армией из миллионов охотников. Кроме того, они были главными защитниками человеческого мира от свирепых зверей и таившихся в нём ужасающих чудовищ.
«Ух ты... Я...» Зен опустил взгляд. «Это очень, очень, очень амбициозная цель, Сифа. Иначе говоря... звучит совершенно нелепо».
Разумеется, Зен уже знал об этой цели. Сифа рассказывала ему о ней, и вместе они сделали её своей главной целью. Именно из-за этого против них ополчились и впоследствии одолели их, и именно поэтому погибла его жена.
«Я знаю, — ответила Сифа. — И всё же хочу это сделать. Это опасно, твоя жизнь будет постоянно находиться под угрозой, а никаких гарантий успеха нет. Вдобавок ты станешь врагом бесчисленного множества опасных людей».
«...» Зен спокойно посмотрел на неё. «Хм, ты говоришь об этом очень честно и прямо. Почему ты решила, что так сможешь убедить меня?»
«Я не пытаюсь тебя убеждать. Я лишь рассказываю всё как есть, ничего не приукрашивая, чтобы ты знал, на что подписываешься».
«Хм-м, понятно», — тихо отозвался Зен.
«Если хочешь отказаться, я не стану тебя винить. Это ведь даже не твоя цель, да и тебе наверняка хотелось бы вести более спокойную жи...»
«Кто это сказал?» — перебил её Зен.
«Хм?»
«Кто сказал, что я хочу вести спокойную жизнь? — с пугающим выражением лица спросил Зен. — Раз уж мы заговорили об этом, пожалуй, расскажу тебе, чего хочу сам».
«...»
«С того самого мгновения, как я сегодня пробудился... и ощутил прилив силы, мне захотелось большего... Гораздо большего. Ты говорила, что хочешь стать сильнейшим охотником в мире». Зен откинулся назад, и на его лице появилась улыбка. «У нас одна цель, Сифа».
«Ты хочешь...»
«Да. Я стремлюсь к вершине — к недостижимым высотам, — ответил Зен. — Без обид, конечно».
«...Не обиделась», — ответила Сифа, выйдя из оцепенения. Она видела, что он говорит совершенно серьёзно. «Просто не ожидала, что у тебя такая цель. Мало кто осмеливается замахнуться столь высоко».
«Я честолюбив».
«Понятно». Сифа кивнула. «Значит, ты по-прежнему хочешь ко мне присоединиться?»
«Да. Твоя затея нелепа и безумна. Но мне нравится». Зен улыбнулся, и в его глазах вспыхнул загадочный азарт. «Перевернуть весь мир с ног на голову и изменить ход истории? Почему бы и нет? Мы войдём в легенды как величайшие охотники всех времён».
«Моя цель не слава, — ответила Сифа. — Но мне всё равно, к чему стремишься ты. Если я получу твою помощь, то буду вечно тебе благодарна».
«И каков же план твоего грандиозного свержения четырёх кланов?»
«Всё очень просто, — ответила Сифа. — Нам нужно стать сильнее, а заодно путешествовать и встречаться с теми, кого мы могли бы привлечь на свою сторону. Когда соберём достаточно хорошую команду, тогда... попытаемся свергнуть один из кланов-столпов и станем ещё сильнее».
«Ну, если всё пройдёт без сучка без задоринки, что невозможно».
«Я готова к любым последствиям. Даже если это будет стоить мне жизни, я всё равно доведу дело до конца». Сифа опустила взгляд и крепко сжала кулаки.
Зен молча наблюдал за выражением её лица. Он видел боль в её глазах и знал, почему она так непреклонна. Жизнь Сифы вовсе не была прекрасной и безоблачной, какой подобало бы быть жизни столь знатной юной девушки... Совсем наоборот.
«В детстве она столько выстрадала и столько всего пережила...»
Боль, которую он испытал, впервые услышав об этом, никуда не исчезла и оставалась такой же острой. Поэтому он мог представить, что чувствовала Сифа.
«Как бы то ни было, будем продвигаться шаг за шагом. Но должна предупредить: мы надолго отправимся в путь. Можно с уверенностью сказать, что в столицу вернёмся нескоро. Тебя это устраивает?»
«Да. У меня нет ни семьи, ни друзей. Я свободен как ветер. Люблю приключения, так что всё складывается как нельзя лучше».
«Ты на удивление беспечно к этому относишься, хотя явно понимаешь, насколько чудовищно трудно нам придётся».
Она видела, что Зен не был ни наивен, ни глуп. Он понимал, что впереди их ждёт смертельная опасность и его жизнь окажется под серьёзной угрозой.
«Почему... Почему ему совсем всё равно?»
«Хм-м, скажем так...» Зен подался вперёд и улыбнулся. «Я просто счастлив, что нахожусь здесь».
«...»
«Хахаха, что это у тебя за выражение лица?»
«Ты... странный».
«Ай, больно. Я не хотел показаться странным».
«Нет, в этом нет ничего плохого. Я тоже... странная, — ответила она. — Наверное, быть странным — лучший способ справиться со всем, что этот мир может с тобой сотворить».
«Две порции рамэна уже готовы!»
В этот момент подошёл повар с двумя пиалами в руках и с улыбкой поставил их перед ними.
«Приятного аппетита».
«М-м-м, пахнет просто замечательно», — произнёс Зен, глядя на рамэн.
«Начинай есть, пока не остыл», — сказала Сифа.
«Спасибо. Я умираю с голоду». С довольным выражением лица Зен принялся за рамэн. Сифа несколько секунд понаблюдала за ним, а затем опустила взгляд и тоже начала есть.
Неловкость между ними постепенно растаяла.