Глядя вперёд, Тристан нахмурился, увидев место встречи, которое Мейбл назначила для празднества. Хотя вдали виднелся шатёр, от основной территории турнира его отделяла небольшая прогулка. Подняв ногу, он замер и резко вдохнул, а когда почувствовал, что вот-вот упадёт, с силой опустил её на землю. «Тристан, тебе ещё не лучше? Всё ещё боишься?» — обеспокоенно спросила Аннабель.
«Знаю. Я думал, мне стало немного лучше, но просто заменил дворец турнирным полем».
«Тебе и правда стало лучше, — пронзительно возразила Аннабель на самоуничижительные слова Тристана. — Где мы сейчас? Снаружи. Пусть ты вышел сюда лишь потому, что чувствуешь себя в безопасности на турнирном поле, но ты всё-таки сумел выйти». Слабо улыбнувшись, Тристан погладил птицу по голове и уже собирался повернуть назад, отказавшись от предложения Мейбл.
Аннабель мгновение смотрела на него, а затем покачала головой и взмыла вверх. «Аннабель». Повернувшись к птице, он увидел, как она полетела к шатру, куда ему надлежало прийти. Сделав первый шаг вперёд, он остановился и глубоко вдохнул.
«Что она делает?» Не в силах шагнуть вперёд, но и не желая бросать голубку, Тристан неподвижно ждал. Одна минута превратилась в пять, а пять — в десять. Наконец полог шатра откинулся, и оттуда вышла златовласая женщина. «О боже». Схватившись за голову и растирая виски, он стал ждать, пока Мейбл подойдёт.
Скрестив руки на груди, она с раздражением оглядела Тристана с ног до головы и фыркнула: «Почему я должна за тобой приходить?»
«Что сказала Аннабель?» — нервно спросил Тристан, и это не укрылось от Мейбл. Приподняв бровь, она взглянула на белую голубку, опустившуюся Тристану на голову.
«Дословно: глупому Тристану нужно, чтобы кто-нибудь за ним пришёл, иначе он не явится». Наигранно и легко рассмеявшись, она склонила голову набок и нахмурилась. «То, что мы танцевали, ещё не значит, что мне нравится, когда мной помыкают, заставляя делать то, с чем ты и сам справишься». Шагнув вперёд, она ткнула пальцем ему в грудь. «Так зачем я здесь?»
Тристан смущённо опустил взгляд и прикусил щёку изнутри, размышляя, что сказать. Проще всего было бы сказать правду — пусть причина и глупая, но её можно было понять. Однако именно нелепость его страха и заставляла его молчать. Если он признается и из-за этого его сочтут никчёмным, всё, что он сделал, окажется напрасным. Все его интриги и планы развеются в единый миг.
Пока Мейбл ждала, молчание становилось всё тяжелее. Отчасти ей хотелось ударить его и уйти за то, что он попусту тратит её время, но, глядя на Тристана, она видела: ему и вправду тяжело объяснить, почему ему понадобилась помощь, чтобы прийти на празднество. Его удерживало лишь горячее желание не опозориться.
«Я спросила не того». Подняв глаза на Аннабель, она ласково улыбнулась: «Почему нужно было прийти за ним?» Тристан вскинул голову и, прежде чем Аннабель успела заговорить, схватил птицу и зажал ладонью её клюв.
«Не надо». Аннабель вырвалась и взмыла в небо, яростно глядя на Тристана за то, что он сделал.
«Не держи меня так!» — огрызнулась Аннабель на своего напарника, а затем повернулась к Мейбл. «Он боится выходить наружу».
«АННАБЕЛЬ!» Голос Тристана прогремел среди деревьев и эхом прокатился по окрестному лесу, где был укрыт шатёр. Проходившие мимо люди бросили на этих двоих озадаченные взгляды, но промолчали. Кто-то выглянул из шатра, заметив отсутствие Мейбл и услышав внезапный крик. Мейбл отступила на шаг, не ожидав от Тристана столь неприкрытого гнева. Аннабель взмыла в небо, а потом робко опустилась ему на плечо, съёжилась и уткнулась головой в его шею.
«Прости». Её звонкий детский голос звучал так, словно она плакала. Она продолжала тереться о шею Тристана, пока тот наконец не погладил её в знак того, что принимает извинения. «Прости, Тристан. Я просто разозлилась, потому что ты так крепко меня держал, и хотела рассказать ей, чтобы она могла тебе помочь».
Губа Тристана дёрнулась. Он глубоко вдохнул и взял птицу в руки. Держа её перед собой, он видел, как она, стоя у него на ладонях, пытается свернуться в комочек, спрятать мордочку и принять жалкий вид. «Аннабель». Услышав своё имя, она на миг высунула голову. Тут же получив быстрый щелчок пальцем, она снова спряталась, а он продолжил: «Я понимаю, но прошу лишь не выдавать людям мои тайны, когда я этого не хочу. Они постыдны и…» Он поднял взгляд на Мейбл, и она на мгновение увидела в его глазах холодный блеск. «Опасны для моей жизни».
«Боишься выходить наружу, однако способен так на меня смотреть». Мейбл шагнула вперёд и ухмыльнулась. «Ты храбр не вовремя или просто невероятно глуп?» Тристан посмотрел на неё и понял, что на миг одарил её свирепым взглядом. Слегка улыбнувшись, он вежливо рассмеялся.
«Я бы поставил на второе. В конце концов, что за человек боится выйти наружу? Хотя…» Оглянувшись на турнирное поле, он горько усмехнулся. «Думаю, я ошибался насчёт своего страха. На самом деле я боюсь идти туда, где не могу ничего предугадать. А здесь, в некотором смысле, всё ещё двор». Мейбл закатила глаза и посмотрела на шатёр позади себя, до которого было меньше минуты ходьбы.
«Тристан, я не стану над тобой смеяться, даже если считаю это нелепостью, но шатёр прямо там». Тристан нахмурился и огляделся.
«А чтобы до него добраться, мне придётся идти через лес. На меня может напасть лиса, или какой-нибудь пьяница, или я могу споткнуться о камень и раскроить себе череп». Мейбл застыла, недоверчиво глядя на него. Тишину нарушал лишь ветер.
Несколько секунд потирая лоб, она обдумывала его страхи, а затем рассмеялась. «Что?» Снова подняв на него взгляд и увидев, что он совершенно серьёзен, она выдавила смешок. «Если ты и правда этого боишься, то ты совершенно безумен, знаешь ли. Ты Косматон, но боишься камня, которого, возможно, вообще нет».
Тристан склонил голову набок и улыбнулся. «Не думаю, что это безумие. Люди живут и умирают по чистой случайности».
«Есть разница между этим и тем, что с тобой творится, Тристан, — Мейбл покачала головой. — Конечно, ты можешь умереть, споткнувшись вон там, не стану этого отрицать. Но обычный человек увидит этот риск и всё равно пойдёт, потому что риск настолько мал и ничтожен, а страх лишь держит тебя взаперти. Какой смысл жить, если ты боишься пройти тридцать секунд в темноте?» Покачав головой, она прикрыла рот рукой и недоверчиво выдохнула. «Ты живёшь в одном из самых опасных мест Вестона и при этом боишься того, что находится за его пределами».
«Я боюсь будущего, которое не могу контролировать, чтобы сохранить себе жизнь, Мейбл, — искренне ответил Тристан. — Я в ужасе от мысли вновь доверить свою жизнь чистой случайности».
«О чём ты вообще?» — выплюнула Мейбл и посмотрела на Тристана. Насколько ей было известно, он был никем, человеком без врагов, готовых рискнуть собственной жизнью, чтобы его убить. И всё же уверенность, с которой он говорил, показывала, что он пережил нечто, что должно было его погубить.
«Мои родители умерли, когда мне было два года. Ты это знаешь. Я должен был быть с ними, Мейбл, и выжил по чистой случайности. Я не могу позволить себе надеяться, что случайность снова меня спасёт. Никогда не мог». Мейбл прищурилась, и Тристан тут же понял, что сболтнул лишнее.
«Что?» Всё её тело напряглось, когда она шагнула вперёд. «Что значит — ты не можешь позволить себе довериться случаю? Довольно странные слова».
«Почему? По-моему, я только что объяснил». Мейбл покачала головой.
«Нет. В твоих словах скрывается нечто большее, Тристан». Она расслабилась и вновь шагнула вперёд, так что между ними осталось не больше полушага. «У тебя явно нет честолюбивых устремлений, однако ты обязан выжить». Протянув руку, она схватила его за лицо, обхватила пальцами щёку и притянула к себе, пристально вглядываясь в его глаза. Большой палец другой руки она положила под его глазом. «Вблизи твои глаза выглядят иначе». Говоря, она обдавала его лицо тёплым дыханием. «В них ощущается тяжесть, бремя».
«Не спрашивай и больше ничего не говори, Мейбл, — тихо произнёс Тристан. — Я не могу ничего объяснить так, чтобы это не прозвучало как измена». Её взгляд заострился. Подобно змее, рука скользнула по его лицу вниз и легла на шею. Большой палец прижался к артерии, и под ним она ощутила спокойное биение сердца.
«Измена? Не думала, что ты на такое способен, Тристан».
«Я не способен, но объяснить это так, чтобы мои слова не прозвучали как измена, невозможно. Поэтому забудь. Канцлер уже допрашивал меня об этом, и то, что я до сих пор свободно разгуливаю, — достаточное доказательство того, что он считает меня невиновным». Некоторое время они смотрели друг другу в глаза, а затем Мейбл отпустила его шею и отступила.
«Так вот почему вокруг тебя пряталось столько людей. Было странно, когда они внезапно появились». Мейбл глубоко вдохнула. «Я не стану давить, но, если ты хочешь служить Элиасу, рассчитываю, что ты мне всё расскажешь. Как бы то ни было, идём. Меня слишком долго не было».
«Ты всё ещё хочешь, чтобы я пришёл?» Мейбл закатила глаза и, ничего не ответив, пошла обратно к шатру.