На следующий день Тристан проснулся и посмотрел на свой кулак, сосредоточив внимание на небольшой ссадине на костяшке. Он ожидал, что с ним что-нибудь случится — по воле Мейбл, Элиаса или кого-то из многочисленных присутствовавших лордов. Сжавшись, он покосился на дверь, услышав чьи-то приближающиеся шаги. Раздался стук, и в комнату с улыбкой заглянул Эдмунд.
— Доброе утро. Ты готов к финалу? — с улыбкой спросил Эдмунд. Тристан посмотрел на него и усмехнулся. Поднявшись, он обнял Эдмунда за плечи, заметив, что тот улыбается не только из-за турнира.
— Как прошло вчерашнее свидание? — От этого вопроса щёки Эдмунда вспыхнули. Оттолкнув Тристана, он покачал головой и застонал.
— Мы ничего не делали. Только танцевали и разговаривали. — Эдмунд прищурился. — А как насчёт тебя и принцессы? Все видели, как вы танцевали позавчера. Никто не верит, что вы просто друзья, особенно после того, как вы оба забыли о существовании всех остальных в зале. — Тристан закатил глаза.
— Хватит. Я и правда не лгал. Но у тебя-то всё прошло хорошо? Я видел, как ты пригласил её на танец, но больше ничего. — Эдмунд кивнул и движением головы велел Тристану следовать за ним. Не спеша они направились к турнирному полю.
— Вообще-то да. Мы немного потанцевали, но она устала. Когда она чуть-чуть отдохнула, я пригласил её прогуляться. Я хотел уйти подальше от турнирной площади, но она сказала, что отец рассердится, если узнает. — Эдмунд вздохнул и потёр затылок. — Жаль, ведь матушка рассказала мне об одном хорошем месте неподалёку отсюда.
— Что ж, по крайней мере, всё прошло хорошо, — сказал Тристан, радуясь за него. Эдмунд кивнул, и тревога, прежде тяготившая его, исчезла.
— А что насчёт тебя? — Тристан повернулся к нему и поднял бровь. — Я спрашиваю, почему ты танцевал с Мейбл. Через некоторое время вы оба явно забыли, зачем вообще начали, но поначалу между вами не было ничего романтического.
— Разве я не говорил? Мы друзья. — Эдмунд застонал.
— Не хочешь говорить — ладно. — Тристан улыбнулся другу.
— Нам приказал Элиас. Чтобы показать всем, что я на их стороне. Я это ненавижу, но не могу отказаться. К счастью, Мейбл не похожа на него, и с ней довольно приятно проводить время. — Эдмунд покосился на Тристана и открыл рот, собираясь что-то сказать, но, немного подумав, передумал и вздохнул.
— Она принцесса, Тристан. А её отец ужасает.
— Не знаю, что ты себе напридумывал, Эдмунд, но всё совсем не так.
— Ну да, ведь ты всего лишь оказался среди приглашённых на устроенную ею и Элиасом вечеринку. — Тристан бросил на Эдмунда взгляд, гадая, откуда тот узнал, а Эдмунд расхохотался, наконец не сумев сдержаться. — Прошлой ночью история о том, как ты сломал одному парню нос, разлетелась повсюду. Многие не знали твоего имени, зато все знают парня, который станцевал с принцессой Танец Дураков.
Тристан медленно схватился за голову и, потирая виски, тихо простонал: — Они говорят, почему я это сделал?
Эдмунд нахмурился. — Некоторые говорят, что из-за принцессы, но чаще всего рассказывают… — Он помедлил. — Будто ты оскорбился из-за того, что питомца назвали питомцем. — Эдмунд отвёл взгляд, заметив, как на шее Тристана вздулись вены, когда тот сжал кулаки.
— Мне казалось, я ясно дал понять, что Аннабель — не питомец.
— Они не такие, как мы, Тристан. Им никогда не понять, кем являются для нас призванные существа, — тихо сказал Эдмунд. — Любой человек за пределами семьи посмотрит на них и решит, что они лишь часть нашей силы, не более. Они не знают правды. К тому же только так они могут оскорбить семью, не опасаясь последствий. Ведь всегда легко сослаться на неведение. — Услышав глубокий вздох Тристана, Эдмунд улыбнулся. — Не всё так плохо. Некоторые услышали правдивую историю и теперь повсюду повторяют твои слова, сказанные после того, как ты сломал ему нос. Так что не всё плохо.
— Мне не следовало этого делать.
— Не следовало, но ты сделал, — весело ответил Эдмунд. — Не думал, что ты на такое способен.
— Я тоже. Но я знаю Аннабель. Если бы он сказал это по неведению, я бы, наверное, так не разозлился, но он прекрасно понимал, что говорит. Он оскорблял Аннабель. Не успел я опомниться, как уже ударил его, и, если бы она меня не остановила, не знаю, ограничился бы я сломанным носом. — Пока они приближались к месту проведения рыцарских поединков, воцарилось короткое молчание. Направляясь к своим местам, Эдмунд вздохнул и схватил Тристана за плечо.
— Возможно, стоило наставить ему ещё несколько синяков, но теперь это неважно. — Позади раздался лёгкий смех. Обернувшись, они увидели смотревшую на них Мейбл. Она прикрывала лицо, пытаясь перестать смеяться, а мать свирепо на неё глядела.
Веер опустился на голову Мейбл, и Карина отвернулась, когда та, прикрывая ушибленное место, посмотрела на неё с обидой. — Матушка… это нечестно.
— Ты обещала мне сегодня вести себя достойно. В последнее время отец слишком часто позволял тебе своевольничать. Бери пример со своей тёти и, если хочешь посмеяться, прикрывайся веером. Смейся тихо и незаметно, не скалься и не фыркай так. — Карина отчеканила эти наставления и оттеснила Мейбл назад. Та смиренно кивнула, и её смех угас.
— Тристан. — Успокоившись, она наконец заговорила с ними. — Ты ведь знаешь, что он плакал? — Вспомнив это, Мейбл снова приготовилась рассмеяться, но остановилась, почувствовав на своей спине чей-то взгляд.
— Я не думал, что нос и вправду сломается. — В ответ Мейбл пожала плечами.
— Всё в порядке. Они ничего тебе не сделают. Более того, ты мне даже немного помог, опозорив его и того, другого парня. Они хотели испортить тебе жизнь лишь потому, что возомнили, будто могут за мной ухаживать. — Сделав вид, что сплёвывает, она презрительно скривилась. — Сломали ему нос — и он расплакался, а ещё пытается за мной ухаживать. Как жалко.
Карина вновь быстрым ударом наказала Мейбл за притворный плевок. Закатив глаза, все умолкли, услышав звуки труб: на поле выехал лорд Санфлэр, а напротив него — какой-то рыцарь.
— Открывает финал лорд Исаак Санфлэр. Его противник — сир Дариус Бакстер. — Глашатай поспешил покинуть турнирное поле. Оба мужчины взяли копья и уставились друг на друга. Громко ударил барабан, возвещая о начале, и через несколько мгновений начался финальный поединок.
---------------
— Миледи. — Сандра с лёгкой улыбкой оглянулась и увидела, как подошедшая сзади молодая женщина с каштановыми волосами взяла прядь её волос. Перебирая их и заплетая косу, она посмотрела в сторону трибуны Косматонов. — Видите его вон там?
Сандра проследила за её взглядом и увидела Тристана, вспомнив юношу, которого всегда сопровождала птица. — Это он защитил меня?
— Да.
— Почему? — спросила Сандра, гадая, будет ли ответ таким же, если услышать его от кого-то другого.
— Лучше всего сказала его птица. Тот человек был лицемером. — Увидев поднятую руку Сандры, дама прекратила своё занятие и неохотно отступила, выпустив из рук мягкие зелёные волосы.
— Хорошо. — Немного подумав, Сандра откинулась назад и с широкой улыбкой посмотрела на Тристана.
-------------------------------
Тристан со скучающим видом наблюдал за конным поединком. Несмотря на мастерство каждого всадника, уже после третьего заезда он не мог отделаться от скуки: каждый новый поединок был точь-в-точь похож на предыдущий. Он не питал любви к этому виду состязаний, и ему было совершенно безразлично, кто победит.
Наконец после победы лорда Кловера вновь зазвучали трубы. Когда он завершил круг почёта, в противоположных концах поля появились две лошади, обе под гербами дома Косматон. Слева Элиас, не поприветствовав зрителей, надел шлем. Его лишённые каких-либо украшений чёрно-золотые доспехи были созданы исключительно ради практичности. Справа Киллиан слегка улыбнулся зрителям, поклонился Антону, затем Элиасу и надел шлем. Цветом его доспехи напоминали доспехи Элиаса, но их дополняло несколько украшений.
Противники пристально смотрели друг на друга, и всё вокруг затихло. Лишь тяжёлое дыхание лошадей, разносимое ветром, нарушало тишину. Секунды казались минутами, и едва оба всадника крепче стиснули поводья, как загрохотал барабан. Они понеслись навстречу друг другу, высоко подняв копья.